• Главная
  • Статьи
  • Новости
  • Журнал

Подписаться

Вход

  • Главная
  • Люди

«Мы стали немножко по-другому чувствовать»: интервью с группой Settlers

  • Люди
  • 30.04.2026 в 10:00
  • Александр Мучаев

Группа Settlers в фолк-музыке не первый год. Но кто-то мог узнать о ней только недавно — пронзительная песня «По камушку» стала хитом на стриминговых сервисах и разлетелась в соцсетях. Солистка группы Яна и гитарист Олег рассказали «Москвичке», в какую сторону развивается фолк-жанр и почему русская народная музыка бывает сложнее джазовых композиций.

  • © 2026 Москвичка
  • Все права защищены
  • Главная
  • Новости
  • Статьи
  • Медиакит
  • Контакты
  • Журнал

По вопросам коммерческого сотрудничества пишите на почту:d.drugaleva@moskvichka.ru

  • Telegram

  • ВКонтакте

  • Пользовательское соглашение
  • Политика конфиденциальности
  • Политика использования cookie-файлов
  • Публичная оферта

Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции.

  • Главная
  • Поиск
  • Журнал
  • Cтатьи
  • Новости
Ваша прошлогодняя песня «По камушку» влетела в топы стримингов. Как думаете, почему так произошло именно с этой композицией и ждали ли вы этого?
Яна Шелпакова: Наверное, потому, что это личная и искренняя история. Люди всегда чувствуют, когда ты делаешь честно и рассказываешь то, о чем у тебя сильно болит. Это хорошо передается через музыку и многим откликается.
Я всегда говорю: чтобы сделать что-то крутое, нужно делать это не ради стримингов и популярности, надо сделать от души, так, чтобы тебя услышали и прониклись. Ожиданий, что песня может выстрелить так сильно, особо не было. У меня хорошо зашел самый первый рилс. Мы сейчас все измеряем рилсами, к сожалению или к счастью, я не знаю.
Это неизбежно, такая примета времени.
Яна Шелпакова: Да. Я опаздывала на работу, села на кухне и просто спела под гитару: «Поцелуй меня, серая вьюга» — видео было низкого качества. Я думаю: «Ладно, закину пробный ролик». Я выкладываю, и буквально через секунду начинают появляться комментарии, растет количество просмотров. Потом мы с Олегом ходили, снимали на улице ролики под эти строчки.
Мы снимаем видео под разные песни. Но именно с «По камушку» получилось так, что рилсы форсились при любых обстоятельствах в несколько волн. Первая была в мае, когда я выложила самый первый рилс. Потом в сентябре, как только песня вышла на стриминговых сервисах. Стали появляться комментарии: «Выпустите версию под гитару». Под трек начали снимать тиктоки. К декабрю сингл стал набирать прослушивания — сейчас около 80 миллионов. А в «Тиктоке» под него снято 600 000 видео.
Через некоторое время людей стало бесить, что в рекомендациях им постоянно попадаются ролики под нашу песню — какая-то немножко волна хейта тоже была. Мы к этому относимся нормально. Поступали и предложения продать авторские права на «По камушку». Конечно, мы ни за какие деньги ее никому не отдадим, потому что это в первую очередь память и очень дорогая нам песня.
Сейчас успех композиции, как ты правильно сказала, — это соцсети и вирусный эффект. Илья Золотухин из «Бонда с кнопкой» в интервью сказал мне, что успех их хита «Кухни» — «великий русский рандом». Скажи, пожалуйста, как вы относитесь к такому принципу попадания в тренды? И какие песни, по вашему мнению, должны были завируситься, но пока еще не смогли?
Яна Шелпакова: Прикольный вопрос. Нас, конечно, не репостил Баста, хотя его, кстати, часто отмечали в комментариях под первой версией. Он сейчас такой немножко отец вообще эстрады, все на него ориентируются.
А по поводу алгоритмов соцсетей… Расстраиваюсь, когда у кого-то низкокачественный материал выстреливает, а кто-то уже сделал давно и лучше, но о нем никто не знает. Недооцененных артистов много — грустно это видеть. Но тут уж как повезет. В любом случае нельзя опускать руки, нужно работать. С другой стороны, хорошо, что вообще у нас появился такой способ продвижения. Потому что пробиться к слушателям стало намного проще. Раньше было сложнее попасть в телеэфиры и на радио, а сейчас ты можешь напрямую народу показать то, что делаешь, и люди сами тебя оценят. 
Что касается «Бонда с кнопкой», я очень рада за ребят, потому что считаю искренне, что они достойны успеха. Я рада, что такая штука с инди-музыкой произошла: кто-то выстрелил настолько, что в Яндекс.Чарте подвинул рэперов. 

Я считаю, что из наших песен должна была покорить алгоритмы композиция «Блюдце». Потому что это очень качественная и при этом качающая песня. Еще «Светлое чувство» — мы думали, она поддержит тему ностальгии. И «Против солнца» — там такой стилек в духе «Аигел». Но «По камушку» оказалась самой понятной. Без абстракций, просто о том, что ты чувствуешь. Людям нравится эта прямота. Остальная музыка, я считаю, более нишевая. 
А я жду, когда выстрелит «Играешь-таешь». Давно вас слушаю и иногда ловлю себя, когда в голове напеваю этот простой мотив.
Яна Шелпакова: В случае с «Играешь-таешь» мы вовремя не поддержали ее рилсами, и она как-то быстро сдулась.
Назовите три ваших песни, которые не разочаруют слушателя, полюбившего «По камушку».
Яна Шелпакова: Это песня «Снег» — она очень красивая и, наверное, еще более болезненная, я ее очень люблю. Песня «Береза». Ну и «Ларец». Она очень понятная, при этом достаточно попсовая в самом хорошем смысле этого слова.
Почувствовали ли вы рост популярности после успеха сингла в соцсетях?
Яна Шелпакова: Сначала я не понимала, видела только цифры: больше 100 000 подписчиков, 10 миллионов просмотров рилсов. А потом почувствовала прирост зрителей на концертах. Нас стали замечать. Пригласили на множество клевых фестивалей этим летом. Мы почувствовали себя нужными, потому что столько лет бились на инди-сцене, пытаясь с бэкграундом сложной музыки сделать что-то доступное, но при этом качественное. Это сложный путь, но мы осознанно его выбрали. 
Сейчас мы двигаемся в сторону авторского материала. И следующий альбом именно такой. Вот мы уже его пишем, он такой достаточно прикольный, в стиле нашего «Блюдца». Но перед этим мы выпустим «Частушки 2.0». И они разносные!
Скажи, пожалуйста, есть ли фанатский рилс с вашей песней, который больше всего запомнился?
Яна Шелпакова: Много на самом деле трепетных видео, потому что под эту песню снимали душевные истории про отцов — я же посвятила «По камушку» своему папе. Очень много было роликов про важность отца в жизни девочек, например. Отмечали, что песню очень любят дети, часто поют ее. Я вспомнила очень милое видео, где совсем малышу мама включает «По камушку». Это очень мило.
Ты уже сказала, что Settlers постепенно отходят от фолка в сторону авторской музыки. Это сознательная стратегия?
Яна Шелпакова: Да, мы переросли во что-то авторское, потому что стали чуть увереннее и поняли, что у нас тоже есть голос и мы тоже можем что-то сказать своими текстами, своей музыкой. Будто я искала себя через народное очень долго. И в какой-то момент это помогло мне осознать, кто я. То есть народная музыка вдохновила на то, что я стала писать свое, оборачиваясь на народное, но уже своим голосом. 
Скажи, пожалуйста, что для вас сложнее: писать авторские песни или песни, основанные на народном творчестве?
Яна Шелпакова: Сложно сказать, зависит от песни. Ту же «По камушку» я написала за один вечер, не думая. Сама не поняла, как так вышло. А бывает, полгода вынашиваешь — и, дай бог, получится. И не зависит от того, народная это песня или авторская. Народные мы тоже переделываем колоссально. То есть если послушать первоисточник, не всегда узнаешь его в нашей интерпретации. 
А что в последний раз вдохновило вас? Настолько, что вы подумали, что было бы здорово попробовать это в своем творчестве.
Олег Судосьев: Раньше мы вдохновлялись сложной музыкой, часто англоязычными исполнителями — Son Lux или Mars Volta, а в последнее время это русские инди-группы, тот же «Бонд с кнопкой». Думаю, это уже слышно по нашей музыке. Ну и Radiohead все равно. Нет такого, что ты вдохновляешься чем-то одним, все равно это накопленный опыт. У нас все поменялось, потому что мы начали так чувствовать.
Яна Шелпакова: Я согласна с Олегом. Все поменялось не потому, что мы чем-то впечатлились. Просто стали немножко по-другому чувствовать. Мы же растем, меняемся. Если раньше хотелось показать, какие мы крутые музыканты, какие умеем сложные размеры играть, то сейчас пришли к осознанию, что красота в простоте. Это очень важно в какой-то момент понять. Понять, что ты делаешь в первую очередь, чтобы люди чувствовали, а не интеллектуально развивались. Мы поняли, что чувства в музыке важнее всего. Они первичны. Но я не отрицаю того, что и сложная музыка тоже бывает настолько красивой, что человек даже не задумывается о том, какие там размеры. Просто теперь для нас первостепенна эмоция. Эмоции и смыслы.
В двадцатые годы в России произошел бум фолк-музыки. Как думаете, почему долгое время она игнорировалась артистами и слушателями? А сейчас нахлынула волна интереса. 
Яна Шелпакова: Мы были долго ориентированы на Запад. Был в какой-то период бум новой музыки, например. Потом он прошел — в наших кругах, по крайней мере. А люди соскучились по чему-то родному. Появились группы, которые смогли рассказать про настоящий фольклор. Он долгое время был скрыт от людей. И поэтому к нему не было интереса.
Появились люди, которые захотели донести, что такое настоящий фольклор. И тогда слушатели почувствовали что-то родное на каком-то генетическом уровне. «Не, ну вот это уже интересно, а почему от нас это скрывали?» — они постепенно начали в это погружаться, им стало интересно. Начали понимать, что без прошлого не бывает будущего и знать свои корни очень важно на самом деле.
То есть важно знать, откуда у тебя бабушки, дедушки. Потому что через фольклор и через традицию, я всегда об этом говорю, мы лучше ощущаем свою идентичность, мы себя чуть лучше начинаем понимать. У меня уже бабушек и дедушек не осталось. А я только сейчас спохватилась.

У меня бабушки певуньями были — и одна, и вторая, дедушка пел и на гармошке играл. А их уже нет. Для меня это трагедия, потому что я могла бы у них тоже что-то взять, что-то важное сохранить и для своей семьи, и для своих детей. 
Илья Золотухин из вышеупомянутого «Бонда» в своем интервью этот интерес объяснил так: раз в поколение у людей в голове возникает вопрос: «Кто мы такие, откуда, зачем мы тут?». Вы ловили себя на таких вопросах?
Олег Судосьев: Я бы не сказал, что это происходит раз в поколение. Это происходит вообще с любым человеком в какой-то момент жизни. Возникает этот вопрос, который его может привести к истокам.
Какой существует самый вредный миф о русской народной музыке, с которым вы сталкивались?
Яна Шелпакова: Миф о том, что она легкая, легкоразмерная, «два притопа, три прихлопа», — это абсолютно не так. Она очень сложная как мелодически, так и ритмически. Бывает такое, что любой джазовый стандарт нервно курит в сторонке. 
Олег Судосьев: Миф о том, что стыдно увлекаться народной музыкой. Но эта тенденция уже отходит. Ребята, работаем.
Что бы вы пожелали читателям «Москвички»?
Яна Шелпакова: Хочется пожелать открыть в себе свет, помнить, что вы люди всегда, во всех ситуациях. Верить своему сердцу и следовать ему. И желаю когда-нибудь задать себе вот этот озвученный ранее вопрос: «Кто я, откуда я и зачем?». Покопаться в этом, углубиться и найти главные ответы, которые, возможно, в жизни помогут. Потому что важно знать про свои корни, чтобы, опять-таки, лучше себя понимать, лучше понимать свою идентичность. В этом сложном мире желаю не терять веры в хорошее, потому что все заканчивается хорошим всегда.
Фото: Виктория Левченко 

Все выпуски Москвички всего за 99₽ в месяц

Подписаться
Loading...