Восстание машин: захватят ли ИИ-музыканты стриминги

Пару месяцев назад знакомый сотрудник лейбла включил мне суровый пацанский ИИ-рэп, который звучал не хуже средних представителей жанра. Трек звучал именно что нормально: не цеплял слух абсурдными фразами в духе легендарной «Я на седьмом этаже, это как шестой, но на один повыше» и не вызывал ни восторга, ни острого желания выключить. В тот момент я понял, что добрых две трети доходящей до ушей музыки запросто могут быть продуктом нейросетей.

Подозрения оказались не сильно далеки от правды. Как считает A&R-директор S&P Digital Денис Глазин, сейчас в чартах около 10 % ИИ-треков, а директор Национальной федерации музыкальной индустрии Никита Данилов и вовсе считает, что ИИ-слопа на стримингах не меньше 20 %. К концу 2026 года количество нейтротреков может вырасти до 30–40 %, добавляет глава направления скаутинга Koala Music Константин Власенко. В результате реальным артистам придется на полном серьезе конкурировать с виртуальными. При этом, по последним данным, 97 % слушателей не могут отличить ИИ-слоп от композиций, написанных настоящими музыкантами.

Сейчас будущее музыкальной индустрии во многом зависит от ее главных игроков. Возможно, усиливающийся поток ИИ-треков удастся ослабить, если стриминги начнут отдельно помечать нейроконтент, как это уже сделал Deezer, первым объявивший о новой политике полгода назад. Некоторые платформы пошли еще дальше: так, любимый инди-музыкантами сервис Bandcamp пообещал и вовсе банить у себя весь публикуемый ИИ-контент.

Если раньше об искусственном интеллекте говорили как о вероятности и далекой перспективе, то сейчас нейросети вошли в обиход, и некоторые музыканты стали использовать ИИ-сервисы для автоматизации рутинных процессов при написании треков. Пионерами в этом смысле стали получившая докторскую степень по музыкальному искусству в Стэнфорде Холли Херднон и экс-супруга Илона Маска Граймс, начавшие экспериментировать с ИИ для написания музыки еще в 2010-е. Однако сегодня то, что еще совсем недавно было закрыто для массовой публики, стало доступно абсолютно каждому, что не могло не сказаться на дефляции конечного продукта.

Сейчас прогрессивные продюсеры уже вовсю создают виртуальных артистов. Так, на декабрьской конференции Bandlink, посвященной как раз внедрению искусственного интеллекта в музиндустрию, свой диджей-сет отыграла виртуальная артистка Лора VAIMP, чей материал создается нейросетью, а живое воплощение на сцене отыгрывает модель. Энтузиастом ИИ-музыки оказался и знаменитый продюсер Тимбаленд, запустивший с помощью нейросети Suno первый ИИ-проект с виртуальной рэп-исполнительницей TaTa Taktumi.

Тут можно вспомнить пример 28-летней давности, когда Митя Фомин лишь в группе Hi-Fi имитировал пение под запись голоса Павла Есенина или клонов «Ласкового мая», гастролировавших по постсоветскому пространству под фонограмму Шатунова на заре 1990-х, и сказать, что все новое было уже давно придумано. Однако с ИИ-артистами продюсерам работать еще проще, ведь платить им вообще не нужно, а производить можно по несколько сотен треков за сутки, не затрачивая средств на студию, живых музыкантов и прочее.

Вопрос лишь в подходе к работе с нейросетями и восприятии такого творчества. Наивно думать, что роботы напишут хитовый трек без помощи человека — алгоритмы скорее сделают его нормальным, усредненным, но вряд ли шедевром. Это все равно что считать функцию круиз-контроля в автомобиле полной заменой водителя. На деле же грамотное использование ИИ не сделает бездарного артиста звездой, а скорее может помочь талантливым музыкантам и продюсерам ускорить процесс создания хитов. Так, несколько лет назад рэпер Брутто хотел использовать семпл из Jezebel Шаде в своей одноименной песне, однако из-за возникших сложностей просто перезаписал с живыми музыкантами кусочек ее песни с саксофоном. Сегодня же артисту было бы намного проще и быстрее попросить нейросеть сгенерировать похожий отрывок композиции.

Грань между творчеством и воровством в случае использования ИИ музыкантами может быть крайне тонка. Тот же Тимбаленд, похваставшийся созданным при помощи сервиса Suno битом, был уличен в фактическом воровстве. Сгенерированный бит оказался лишь чуть видоизмененным треком другого хип-хоп-продюсера — остался на месте даже его фирменный тег, которым обычно авторы помечают свои творения. Стоит также помнить, что ИИ-сервисы фактически не создают новых песен, а компилируют их на основе старой базы композиций, придуманных и записанных людьми. 

Многие уже сравнивают нынешнюю ИИ-революцию с зарей сэмплерной музыки рубежа 1980–1990-х. Поначалу продюсеры свободно использовали отрывки из чужих песен для создания собственных, однако сейчас это дело затратное: чтобы использовать сэмпл, необходимо его «очистить», то есть заплатить его создателям и правообладателям. Судя по всему, по этому же пути пойдет и ИИ-музыка. Так, Warner Music в конце прошлого года заключила соглашение с сервисом генерации музыки на основе искусственного интеллекта Suno, в рамках которого пользователям разрешат генерировать песни, используя голоса, имена и образы артистов Warner (то есть Charli XCX, Эд Ширан, The Weeknd, Леди Гага, Coldplay и многих других, если никто из них не станет возражать). 

Все идет к тому, что подобные лицензионные соглашения вскоре станут нормой для мейнстрима, как неизбежным кажется появление специальных тегов для ИИ-контента на стримингах, благодяря чему в чартах может снизиться количество нейросетевых треков. Тем не менее новые ИИ-звезды в ближайшем будущем продолжат появляться и набирать миллионы прослушиваний на стримингах вслед за «рок-группой» Velvet Sundown, «кантри-коллективом» Breaking Rust и «R&B-певицей» Ксанией Моне. Однако будет ли кто-нибудь ностальгировать через десять лет по первым пробам пера ИИ в музыке — хороший вопрос.