Почему нет модной одежды для жирных: глава из книги «Я есть жир»

Вспомнила на днях, как пару лет назад я стояла в примерочной магазина Planta Rosa на Малой Ордынке и не знала, что делать. Просунула голову и левую руку в черную обтягивающую футболку размера L и поняла, что капитально застряла. За шторкой ждал консультант лет двадцати пяти с кольцом в ухе и белыми, как шерсть у моей покойной собаки Тобы, волосами, этот мальчик слушал, как я пыхчу. По моей жирной спине стекал пот. Паника. Мысли летели в разные стороны. Как. Сука. Снять. Эту. Гребаную. Футболку. Я напрягла все мышцы, которые накачала под присмотром тренера Федора, и таки стянула футболку с себя.

— Как вам футболка?

— Все хорошо, беру.

На кассе я чувствовала себя лошарой. Минус восемнадцать тысяч рублей. Плюс одна вещь в моем шкафу, который я называю «гардероб на случай похудения».

Там уже красовались обтягивающие футболки и лосины бренда IRNBY Насти Мироновой (реально восхищаюсь этой лайфстайл-предпринимательницей, построившей бизнес на желании бесконечно подсвечивать свой пресс и ягодицы). В моем фитнес-зале каждая вторая щеголяла в таких лосинах, вот я насмотрелась и тоже купила. Размер L, но, конечно, тоже не влезла. Размеры бренда IRNBY — это головная боль многих, а для кого-то повод для шутки. Моя экс-тренерша, пытавшаяся развивать блог, выложила пост с памяткой, как не стоит одеваться в зал. Там был пункт про то, что девушкам не стоит надевать слишком обтягивающую одежду, чтобы не было видно «верблюжьего копытца», в комментариях все стали шутить как раз таки про IRNBY. Хорошо, что одежду Насти Мироновой я решила заказать онлайн — избежала позора.

Я вышла из магазина и села попить бамбл в соседней кофестанции. На мне была оверсайз-футболка из старой коллекции Tigran Avetisyan (милостив к толстым) и спортивные штаны Befree размера 3XL. Из-за большой размерной сетки, где всегда есть место жиру, этот российский массмаркет держится в топе моих любимчиков уже много лет: тут я покупаю джинсы, футболки, лонгсливы и нижнее белье, которое не выглядит как теткино.

Теперь я гуглю, почему же, почему же никто в России не шьет одежду для жирных. Наткнулась на старую статью журналистки и модного инфлюенсера Алины Григалашвили для Vogue «Включите габариты. Почему дизайнеры все еще не умеют работать с большим размером». Журналистка пишет, что в мире существует всего два учебника по тому, как кроить плюс-сайз-одежду. И в этом главная проблема: для жирных просто не умеют шить.

Но если бы дело было только в лекалах! Во-первых, на нас уходит больше ткани, а в мире моды все привыкли экономить на всем и зарабатывать тоже хотят на всем. Во-вторых, каждое появление плюс-сайз-модели на подиуме вызывает страшный хейт в комментариях. Фэшионисты гонят жирных в зал и предлагают выкинуть холодильник.

Соосновательница отечественного бренда «с большим вниманием к plus-size» (какая формулировка, а?) Divno Даша Самкович говорит в комментарии для прогрессивного издания The Blueprint:  «Когда мы делали исследование перед запуском, нам рассказывали, что им (далеким от стандартов девушкам. — Т. С.) сложнее найти работу, потому что руководители не хотят в модном красивом офисе видеть девчонку больше L. Некоторые торговые центры, с которыми мы планируем сотрудничать, вроде как хотят дружить, но при этом говорят, что девушка плюс-сайз на витрине выглядит неэстетично».

Все бы хорошо, но на сайте бренда Divno, «эксперта премиальной одежды до 64-го размера», обещающего «подчеркнуть красоту девушек, а не спрятать ее за оверсайзами и темными цветами» (как будто жирным нельзя носить оверсайз и черный цвет), я вижу вполне конвенционально привлекательных моделей, многих из которых едва ли можно принять за плюс-сайз. А еще в каталоге много вариантов в темном и как раз таки в оверсайзе.

Спасибо, что хоть не натыкаюсь на халатообразные платья, в которые Divno в своем дебютном сезоне предлагали рядить всех толстых. Вещи в каталоге очень отличаются от того, что носит вторая соосновательница бренда — экс-главред Vogue и Glamour, стилистка Маша Федорова. Она тоже плюс-сайз и, судя по тому, что сплетничают в светском мире, активно стремится в другой размер. Даже, говорят, делала операцию по «уменьшению желудка». Но вес якобы скакнул обратно. Маша тем не менее носит актуальные силуэты, приталенные платья и пиджаки, каблуки и блузы без рукавов.

Я злюсь на российские бренды за то, что они так безжалостны ко мне и другим жирным. Но заморские марки тоже не особо-то благосклонны. Помню, у меня были шелковые леопардовые брюки Cavalli размера L, которые так туго сидели на несуществующей талии, что я боялась, как бы красивая пятнистая пуговица не оторвалась. Я заранее приняла меры: заколола пояс огромной булавкой. Теперь в брюках щеголяет по даче мама. Она старше меня на тридцать лет и весит килограммов на двадцать пять меньше. Поэтому все модные тряпки, переставшие на меня налезать, отправляются к ней.

Мой самый любимый магазин в мире находится в десяти минутах ходьбы от дома. Это я про концепт-стор KM20. По моим ощущениям, там стараются закупать одежду не только на S-людей. Я брала там много немецкого бренда Ottolinger — тут есть шанс влезть не только в лонгсливы.

Из KM20 на меня садятся и штаны модного бренда 1017 Alyx 9SM с фирменными карабинами, а однажды я даже влезла в обтягивающее платье. Потом, конечно, пришлось фейстюнить живот, но выйти в платье в музей «Гараж» на открытие сезона (это было до 2022 года, когда они еще устраивали полноценные выставки) для меня было очень волнительно и приятно.

И конечно, на меня прекрасно садятся лонгсливы и футболки шаловливого бренда Carne Bollente — вот же им спасибо за размерный ряд и сексуальные принты и вышивки.

Пиар-боссом KM20 работает Антон Гулевский, которого тоже можно отнести к плюс-сайз, поэтому я решила выяснить, а что испытывает он, стоя в примерочной.

«Я не чувствую себя прямо-таки обделенным в модном смысле: мои ключевые потребности в одежде закрыты. Не в последнюю очередь стараниями байинг-отдела родного КМ20: все мои любимые айтемы Willy Chavarria, Y/Project и Martine Rose куплены прямо на работе. И все-таки выбирать приходится не из всего многообразия вариантов, а из тех немногих, что доступны в моем размере. Могу только представлять, каково это, когда меряешь ворох вещей — и все тебе подходит.

Сложнее всего, что удивительно, с базой: найти белую футболку приличного фита или простые черные брюки на резинке без лишних украшательств — задача со звездочкой. Особенно за какие-то приемлемые деньги. А базовые линейки люкс- и премиум-брендов я игнорирую принципиально: каким бы отличным ни было качество, плачу́ я не в последнюю очередь все-таки именно за дизайн.

С другой стороны, слишком широкий выбор для меня — это пытка. Несмотря на любовь к красивой одежде, я ненавижу примерки, походы по магазинам и многочасовой серфинг маркетплейсов. А потому относительно узкая выборка сильно упрощает мою жизнь: я четко знаю, какие бренды мне подходят, обычно отмечаю их закладками в онлайн-­магазинах и подписываюсь на обновления, чтобы ничего не пропустить. И пока вроде бы справляюсь. Хотя порой и чувствую себя униженным, не влезая в рубашку, которая на вешалке выглядит обманчиво объемной».

Я устала пытаться влезть в рубашку, которая на вешалке выглядит обманчиво объемной, и решила нажать красную кнопку: посетить магазин «больших размеров» под названием «Люди Икс». Я много раз ходила мимо магазина на «Маяковской», и мне было очень интересно, что ж там продают. Еще была любопытна этимология названия: это в честь «Людей Икс» из фильма про супергероев — мол, жирные не такие, как все, — или все же про размерную сетку?

Стою возле магазина, не решаюсь зайти. Разглядываю логотип: достаточно крупный мужчина с животом в костюме, рядом — мощная женщина в пиджаке и юбке. На витрине стоят нестандартные женские манекены в очень пестрых блузах. Мужские манекены солидных размеров, все в ярких галстуках.

Замечаю, что рядом висит мемориальная доска со знакомым профилем. Присматриваюсь — это же мой любимый сценарист, поэт и прозаик Геннадий Шпаликов. Он, кстати, никогда не писал про телесное, как-то обходил эту тему стороной; если у него на страницах и были толстые — то только книги.

На входе в магазин меня встречают достаточно стройные женщины лет пятидесяти, одетые в простую одежду, которая вряд ли продается в «Людях Икс». Я быстренько обхожу рейлы, говорю, что ищу подарок для мамы. Вещи напоминают мне ассортимент недорогого магазина Oodji, где я покупала блузки и пиджаки к школе, когда мне было шестнадцать лет. Я прогуглила — бренд до сих пор существует, на сайте написано, что «есть одежда на любой вкуc, включая большие размеры».

Милые консультантки рассказывают, что в «Людях Икс» преобладают немецкие марки, «есть немного Италии, России нет вообще». Самый большой — шестьдесят второй размер, но это для мужчин. Мужской отдел, кстати, почему-то гораздо больше женского. Я спрашиваю у продавщицы, почему так.

— Вы считаете, дискриминация?

— Вообще-то да.

Нахожу «для мамы» оливковую кофту пятьдесят второго размера. Висит на рейле с пятидесятипроцентной скидкой. Эта фейковая закупка обходится мне в семь тысяч рублей.

— А может, вы и себе что-то присмотрите?

— На меня есть что помолодежнее?

— Да вот у нас целый рейл яркий.

Иду к яркому рейлу. Не могу представить девушку, которая сознательно наденет блузки ярко-фиолетового цвета в розовый цветок, да еще с рюшами, или голубые штаны, как у Аладдина. Мне кажется, эта одежда сшита для того, чтоб отвлечь внимание не от жира, а от человека в принципе. Потому что цвет и крой настолько отвратительные, что на него не хочется смотреть.

На кассе вижу, что есть подарочные сертификаты аж на пятьсот тысяч рублей. Такие я видела только в ЦУМе.

— И что, их берут в подарок?

— Вы знаете, да!

— Скажите, а магазин называется «Люди Икс» из-за фильма про супергероев?

— Нет, что вы, — смеется, — тут размеров просто много.

«Люди Икс» меня тоже разозлили. Чтобы понять, почему одежда для толстых выглядит как одежда для никчемных, я звоню человеку, придумавшему футболку Planta Rosa, с которой начиналась эта история. Это стилист, основатель бренда State Venice и бывший креативный директор Planta Ибрагим Гатциев.

Ибрагим говорит, что вокруг плюс-сайз много проблем. Во-первых, нестандартные модели (то есть все, кто больше размера XS) не выглядят на подиуме так красиво, как обычные манекенщицы. Во-вторых, выборка моделей плюс-сайз очень ограничена, достойный кастинг провести крайне сложно. В-третьих, в комментариях все опустят бедную модель — и это чревато последствиями, как считает Гатциев, для ее ментального здоровья. Четвертая причина — модная одежда «не предназначена для жирных». Гатциев однажды снимал «очень эффектную плюс-сайз с лицом как у Клаудии Шиффер», и то ее всю пришлось заколоть булавками, чтобы «платье сидело». Пятая причина — жирные не встраиваются в текущую доминирующую эстетику. «Ни Chanel, ни другие бренды не шьют одежду больших размеров, если бренду и поступают специальные кастомные заказы, — поясняет Ибрагим, — то только от богатых и крупных русских, для них шьют депутатский, как его называют отечественные специалисты, размер».

Ибрагим безжалостен: «На подиумы вернулись очень худые девушки любимого типажа Эди Слимана. Он вообще ненавидит жирных. Говорил, что никогда одежды тридцать восьмого размера в бутиках Saint Laurent не будет».

Спрашиваю, что же тогда носить жирным людям, которые хотят быть модными? Ибрагим, не задумываясь, восхваляет Демну Гвасалию времен Balenciaga. «Он единственный, кто смог удовлетворить женщину и размера S, и размера L, и даже больше. Наряжает девушек любых пропорций. Все остальные, особенно американцы, просто издеваются над крупными клиентками. Их вещи не сидят даже на подиуме, что уж говорить про жизнь».

Сам Гатциев тоже в основном носит Balenciaga. «Я вот достаточно обеспеченный жирный, вынужден одеваться только в спортивное. Купить костюм на выход — это глобальная проблема. Поэтому мой нынешний стиль — это комфортная спортивная одежда. Где купить классические брюки? Я не знаю». Напоследок Ибрагим спрашивает, почему я не пробовала семаглутид.

Я кладу трубку и решаю принять радикальные меры. Пишу самой классной, на мой взгляд, стилистке России Юне Вертуке и спрашиваю, берет ли она клиентов плюс-сайз на персональное сопровождение.