Продолжаем цикл статей, посвященных главным архитектурным стилям России. Сегодня речь пойдет о нарышкинском стиле. Он появился в конце XVII века в храмовой архитектуре и ознаменовал собой один из первых поворотов России к западноевропейскому укладу жизни. Вопреки распространенному мнению, это никакое не барокко, но самобытное направление, сочетавшее в себе древнерусские архитектурные традиции с элементами европейской классики.
Храм иконы Божией Матери «Знамение» на Шереметевом дворе. Москва, конец 1680-х годов. Фото: Илюхина Наталья / Фотобанк Лори
Поиск новых союзников
Течение в русском зодчестве, названное в честь боярского рода Нарышкиных, отразило серьезные перемены в стране. Тотальный поворот к Западу не был случайной прихотью Петра I, как принято считать, но начался обдуманно, закономерно и несколько раньше — при его отце, царе Алексее Михайловиче. Позже тенденция набрала силу уже в правление Софьи, просвещенной царицы, чье окружение поддерживало тесные контакты с Европой.
Храм Воскресения Христова в Кадашах. Москва, 1687–1695 годы. Фото: Дмитрий Неумоин / Фотобанк Лори
Западный вектор был по-своему исторически неизбежен и отчасти объяснялся падением Константинополя во второй половине XV столетия. Потеря православного гегемона в регионе и главного культурного ориентира оставляла Россию уязвимой перед западными соседями, не говоря уже о техническом и военном отставании от них. Поэтому разворот к католическим и протестантским иностранным партнерам, скорее всего, рано или поздно стал бы вынужденным шагом любого русского царя.
Прозападное направление в культуре вскоре сказалось на проектировании православных церквей, монастырей и соборов. Архитектурные образцы католического зодчества распространялись в России через Немецкую слободу, а также благодаря привезенным из Европы книгам и гравюрам с изображенными на них зданиями. Русские зодчие перенимали новые элементы постепенно, в целом все еще придерживаясь национальных традиций.
Храм Покрова Пресвятой Богородицы в Филях. Москва, 1690–1693 годы. Фото: Елена Коромыслова / Фотобанк Лори
В своей планировке и композиции постройки в нарышкинском стиле долгое время оставались верны русским корням. Однако такие сугубо импортные детали фасадов, как коринфские колонны, яркие сочетания красного кирпича с белым камнем, а также полихромные изразцы и позолоченная резьба в интерьере, постепенно проникали в архитектуру русских сооружений и становились неотъемлемой частью местной культуры.
Великое посольство и перемены в роли церкви
С 1700 по 1721 год Петр I принялся за серьезные реформы в церкви, почти полностью отстранившие ее от участия в государственных делах. Преобразования продолжали меры по модернизации церкви, предпринятые при его отце, царе Алексее Михайловиче, и известные как никоновская реформа — по имени проводившего ее лояльного царю патриарха Никона. Эта реформа повлекла за собой перемены не только внутренние, но и внешние. Так, в архитектуру православных храмов стали постепенно включаться элементы западных католических церквей.
Сопротивление никоновской реформе было настолько ожесточенным, что Петр уже в начале царствования был вынужден усилить давление на духовенство и продолжить преобразования, начатые при его отце. Однако на самом деле это была его борьба за собственную абсолютную власть. Самодержец стремился всеми силами лишить духовенство возможности вмешиваться в его радикальные преобразования России на западный лад.
Храм Святого Иоанна Воина на Якиманке. Москва, 1704–1713 годы. Фото: Алексей Голованов / Фотобанк Лори
Дипломатическая миссия Петра I в страны Европы в 1697–1698 годах стала решающим эпизодом в его правлении, запустив череду военных, административных и социальных реформ. Вернувшись на родину, Петр принялся за обновление армии, государственного аппарата и общества, взяв курс на ускоренную модернизацию.
С этого времени взгляды Петра на архитектуру резко изменились. Ранее его мало интересовали строительные стили, но, побывав в Европе, царь увидел, что даже так называемые прозападные московские здания успели устареть на фоне современных европейских построек в стиле барокко, сочетавших демонстративную роскошь с драматическими эффектами. Не желая отставать от передовых веяний, Петр перенес новую эстетику в Россию. Так началась эра, которую можно назвать архитектурой Великого посольства, — промежуточный этап перед появлением петровского барокко, до чьего расцвета в Санкт-Петербурге осталось недолго.
Знаменитая картина В. И. Сурикова «Боярыня Морозова» посвящена периоду церковного раскола, Государственная Третьяковская галерея, Москва
Русское наследие начинает забываться
Днем основания Санкт-Петербурга считается 27 (16) мая 1703 года, когда Петр I заложил крепость на Заячьем острове в устье реки Невы, на отвоеванных у шведов землях. Событие послужило отправной точкой для строительства новой столицы, которая навсегда изменит облик России. А в октябре 1714 года Петр издал указ, запрещающий каменное строительство по всей стране, кроме Петербурга, чтобы привлечь мастеров в северную столицу.
Введенный запрет стимулировал развитие деревянного строительства и деревообработки. Официально отменили его лишь в 1741 году, и каменное строительство в стране возобновилось. Однако это не помогло спасти отечественные традиции в архитектуре. Новые постройки все увереннее приобретали европейские черты и теряли национальный колорит.
Церковь Архангела Гавриила (Меншикова башня). Москва, 1704–1707 годы. Фото: E. O. / Фотобанк Лори
Постепенно архитектура крупных русских городов в значительной степени утратила самобытность и стала порой неотличима от архитектуры городов Пруссии, Голландии или Австрии. Конечно, православные храмы не превратились в кальку с католических церквей. Русские каноны предусматривают определенную планировку, а также количество и расположение куполов. Но многие декоративные элементы оказались заимствованными из западноевропейской архитектуры. При этом в глубинке традиции нарышкинского стиля все еще сохранялись.
Нарышкинский стиль в архитектуре являет собой уникальный пример переплетения русской самобытности и европейских влияний. Вот уже более трехсот лет Россия ищет баланс между этими двумя началами, размышляя о своем месте в мировой культуре.
