БаннерБаннер
Loading...
Журнал
  • Вещи
  • Люди
  • Места
  • События
  • Тренды
  • Огород
  • Android в кармане
Журнал
  • Вещи
  • Люди
  • Места
  • События
  • Тренды
  • Огород
  • Android в кармане
  • Главная
  • Тренды
17.05.2026 в 10:00

Мама так сказала: колонка Елены Сотниковой о том, как приучить ребенка к искусству 

Редакция «Москвички»

Редакция «Москвички»

У каждого родителя свои приемы. Художник Елена Сотникова объяснила «Москвичке», как приучает к живописи и музыке сына Федю. Ему одиннадцать лет — и это тот мир, в котором он родился и растет.

Всем знаком вид унылого подростка, слоняющегося в полном отрицании по выставке классического искусства. «Зачем вы меня сюда притащили?» — резонный вопрос, на который многие взрослые не могут дать внятного ответа. Взять и начать «при­учать к искусству» ребенка в сложном возрасте — тот еще квест, который в очень редких случаях может изменить его картину мира.
Наблюдая в соцсетях за развитием Феди, подписчики спрашивают: «Как? Как заставить ребенка воспринимать классическую музыку? Или хотя бы адекватно на все это реагировать?»

Поделиться статьей

Оцифрует, сохранит и застилизует: Дарина Алексеева тестирует цифровой гардероб
Оцифрует, сохранит и застилизует: Дарина Алексеева тестирует цифровой гардероб
Оцифрует, сохранит и застилизует: Дарина Алексеева тестирует цифровой гардероб
Оцифрует, сохранит и застилизует: Дарина Алексеева тестирует цифровой гардероб
Оцифрует, сохранит и застилизует: Дарина Алексеева тестирует цифровой гардероб
Оцифрует, сохранит и застилизует: Дарина Алексеева тестирует цифровой гардероб

По вопросам коммерческого сотрудничества пишите на почту:d.drugaleva@moskvichka.ru

  • Telegram
  • Вконтакте

Разделы

  • Вещи
  • Люди
  • Места
  • События
  • Тренды
  • Огород
  • Android в кармане

Москвичка

  • Главная
  • Журнал

Реклама

  • Медиакит

Редакция

  • Авторы
  • Эксперты
  • О проекте
  • Контакты
  • © 2026 Москвичка
  • |
  • Все права защищены
  • Пользовательское соглашение
  • Политика конфиденциальности
  • Политика использования cookie-файлов
  • Публичная оферта

Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции

Начну со своего детства. Сколько себя помню, столько рисую и рассматриваю альбомы. Мой отец, по профессии инженер, очень одарен от природы — он великолепный копировальщик. Стена над моей детской кроватью была разрисована персонажами из мультфильмов. Засыпая, я рассматривала львенка и черепаху, Малыша и Карлсона — кто там был еще, сейчас не вспомню. Над сохранностью обоев никто не трясся.
Кстати, есть интервью Карла Лагерфельда, где он делился впечатлениями своего детства (сразу предвижу возмущение по поводу этого сравнения, но здесь уж каждый реагирует, как хочет). Его родители покупали художественные книги в двух экземплярах и один отдавали ребенку на растерзание. Ему было позволено резать, рвать, составлять коллажи и вообще делать с альбомом все, что заблагорассудится.
На отложенные деньги мои родители тоже покупали художественные альбомы — пусть полиграфическое качество в те времена было далеко от идеала, но зато мое представление о мировых шедеврах сформировалось довольно рано.
Папа писал маслом — так на стенах гостиной появились обрамленные копии Гогена, Сарьяна, Ван Гога. Помню, как родители вызвали на дом врача и он лишился дара речи при виде известных шедевров в двухкомнатной квартире. Копии и правда были очень качественными, а врач продвинутым. Он еле успокоился, а мы до сих пор со смехом вспоминаем эту ситуацию.
Потом родители уехали в командировку за границу и привезли оттуда коллекцию арт-книг. Я начала свою копировальную историю, выбрала импрессионистов и авангард. Папа же бил по классике, усердно работая над копиями рисунков Леонардо да Винчи, которые до сих пор украшают их квартиру. Чтение вслух, рисунок, пение, занятия музыкой — все это было неотъемлемой частью жизни семьи.
Дочь я родила очень рано — мне едва исполнилось восемнадцать. Стало не до искусства. А Федя появился у меня в довольно взрослом возрасте, когда материнство было гораздо более осознанным. И меня реально прорвало. К моменту его рождения я провела около двадцати лет в глянце, объездила полмира, побывала во всех известных музеях, имела почти неограниченные возможности не только прикоснуться к конечным результатам творчества модных домов, но и наблюдать за оформлением шоу, рассматривать дизайн приглашений. География показов не ограничивалась Парижем, Миланом, Лондоном и Нью-Йорком — круизные дефиле, шоу Métiers d'Art Chanel всегда были грандиозными. Глянцевый опыт помог мне повысить насмотренность, а она — основа восприятия искусства. В моем случае глянцевая история легла на благодатную почву.
Но вернемся к детям.
Когда Федя еще катался в колясочке и укладывался в маленькую кроватку, я играла ему на сон грядущий простые произведения Моцарта, Бетховена, Баха и Чайковского. Интересно, что при любых звуках Моцарта он просыпался и ворочался.
С его двух лет и до десяти мы пересмотрели всю возможную фильмотеку: советские мультфильмы и фильмы, Миядзаки, Уэса Андерсона, Тима Бертона и так далее. Визуальный и интеллектуальный кругозор ребенка не ограничивался «Грузовичком Левой» и «Синим трактором» (куда без них!), великолепными «Смешариками» и «Фиксиками». Мы смотрели все. «Ежик в тумане» Федю завораживал, он смотрел его много раз и каждый раз по-новому. Сказки народов России от «Мельницы» — маленькие шедевры, все вместе они дают представление о формах, цветах и стиле. Я считала, что развивать визуальный и эмоциональный интеллект не менее интересно и важно, чем любой другой.
Феде не было двух лет, когда я ушла из глянца и практически сразу занялась живописью. В три года он уже вполне сносно орудовал мастихином, повторяя мои движения, а в пять мог помочь мне сделать однородный фон для будущей картины даже на очень большом холсте. Тогда и стала развиваться его моторика, которой сейчас могут позавидовать многие взрослые. Никаких линеек, никаких циркулей. Провести четкую непрерывную линию и нарисовать почти идеальный круг он мог, даже когда был совсем маленьким.
Я перфекционист и, глядя на Федины талантливые руки, пыталась заниматься с ним музыкой. За три месяца лета, когда ему было пять, он добился невероятных результатов (для знающих — расходящиеся гаммы на две октавы туда-сюда в ре мажоре, например, где две черные клавиши). Но мы так вынесли друг другу мозг, что я была вынуждена прекратить измывательство.
Уже шестой год он ходит в архитектурную школу, раз в неделю по субботам. Там дети делают гениальные вещи. Я собираю Федины работы. Много занимались дома, особенно во время пандемии. Проводили в мастерской по три часа. Тогда мы резали разные журналы, включая французские Vogue и наши Elle из самых жирных глянцевых времен. Составляли коллажи, это было любимым нашим занятием. Много рисовали. Но потом случился провал — я уже думала, что передавила и мы больше не вернемся к былым победам. Хотя архшколу мы не бросали никогда.
Как оказалось позднее, в будущем все откликается. Даже если в какой-то период вам кажется, что чадо забросило напрочь любые мысли об искусстве и своей роли в нем, то это ошибочно. Потом выстреливает — с нами случилась подобная история.
Еще важный момент. Если вы хотите начать приучать ребенка к искусству, надо сначала показывать яркие вещи, которые находят отклик в душе практически любого человека, пусть и далекого от визуальной и музыкальной культуры.
Не надо заставлять дитя слушать сложную симфоническую музыку. Я, например, до сих пор тяжело воспринимаю Малера, несмотря на четырнадцать лет музыкального образования. Не надо сразу совать ребенку Эрнста Неизвестного. Но я дала Феде альбом Босха, и он в оцепенении провел за ним не менее получаса — это много для человека пяти лет.
Сейчас мы с Федей завели дома новую традицию — перед сном я ставлю ему на телефоне классику, он слушает минут двадцать и потом засыпает. Что слушали за последние три дня? Первый концерт Шопена. Должна быть эмоциональная мелодия, дерущая душу. Второй концерт Рахманинова. Stabat Mater Перголези. Адажио Альбинони.
Чем ярче картины и музыка, тем больше вероятность, что ребенок их хотя бы частично поймет. Хотя даже парадоксального Эрика Сати и импрессиониста Дебюсси Федя воспринимает с благодарностью. Я не ожидала. Но это, видимо, результат наслушанности.
Сводите ребенка в старую Третьяковку, покажите мишек и богатырей. Найдите великолепную «Лисичку» Нестерова, где животное выбегает из леса навстречу трем умудренным старцам.
Сейчас в Пушкинском и Третьяковке отличные экскурсии для детей. Записывайтесь заранее — они пользуются большой популярностью.
Мы с Федором ходим на все знаковые выставки. Самым сложным оказался Эрнст Неизвестный. Его графика чем-то схожа со стилем работ, которые Федя делает в архитектурной школе, — я думала, ему понравится. Напротив, ребенок впал в полное отрицание. Можно даже сказать, в истерику. Скорее всего, и это подтвердили несколько психологов, он бессознательно почувствовал «более сильного конкурента». «У него выставка в Третьяковке, а чего добился ты?»
Работа Феди с каталогом Эрнста Неизвестного

Работа Феди с каталогом Эрнста Неизвестного

Мы покупаем каталоги всех выставок, на которых были. Дома Федя схватил каталог Неизвестного и сделал по мотивам пару очень неплохих работ. Это только подтвердило мои догадки о его реакции. Я отправила эти работы своей хорошей знакомой, известной галеристке. Получила довольно суровый ответ про то, что я слишком активная мама и что «художника надо воспитывать в тишине».
В тишине Федя играет в айпад.
Еще она написала, что копирование — это плохо, человек должен сам думать, сам увязывать смыслы и формы. О как. Это очень популярное выражение среди подростков. Напомню, что Феде одиннадцать, и у него много собственных работ, где он вполне ловко увязывает смыслы и формы.
Сейчас говорить о том, что художника надо воспитывать в тишине, хорошо только в Гималаях. Современного ребенка окружает шум, агрессивная школьная программа, тикток и прочий треш. Когда-то, наверное, можно было воспитывать художника в тишине. При черно-­белом телевизоре, в ожидании единственного мультфильма за неделю. Если ты не будешь завлекать, шансы провалиться — 90 из 100. За исключением случаев, когда ребенок особенный и погружен в себя. И здесь больше вопросов, чем ответов.
Я описала личный опыт, но не навязываю его. Это не аксиома. Дорогу к искусству осилит идущий. И у каждого она своя.
Фото: личный архив