Формула один: как пептиды захватили индустрию красоты и здоровья

Еще несколько лет назад о них знали ­врачи-эндокринологи, спортсмены и узкий 
круг биохакеров. А теперь пептиды — тема подкастов, тикток-разборов и бесконечных дискуссий в лонгживити-сообществе, где далеко не все понимают, с чем именно имеют дело. ­Фитнес-энтузиасты и велнес-инфлюенсеры впус­кают в себя синтетические молекулы, которые в теории «оптимизируют» организм.

Селф-оптимизация — вообще очень важная для современного мозга идея. Если питание, спорт и сон помогают мне чувствовать себя лучше, то почему бы не вмешаться в биохимию организма напрямую? Тем более что в списке потенциальных эффектов можно найти рост мышечной массы, усиление иммунитета, ускоренное восстановление после травм, замедление процессов старения, повышение энергии и общее улучшение самочувствия. Так широко фармацевтика еще не мыслила. Чтобы понять, откуда пришла пептидная революция, попробуем разобраться в базовой биохимии.

Важная особенность пептидов — их способность действовать точечно. Они могут адресно влиять на конкретные биологические процессы, которые необходимо отрегулировать. Механизм их действия довольно изящен. Пептид связывается с клеточным рецептором по принципу «ключ-­замок» и передает сигнал. В ответ клетка реагирует: регулирует аппетит и чувство насыщения, управляет стресс-ответом, активизирует восстановление тканей, влияет на иммунитет или репродуктивную систему.

Пептиды привлекают своей загадочностью. На флаконах надписи как в магазине химреактивов: GHK-Cu, CJC-1295, Thymosin Beta-4. Если относиться к биохакингу серьезно, то надо строить его на доказательной медицине. А там самая сильная база сегодня сформирована вокруг инкретиновых пептидов — их используют для лечения ожирения и метаболических нарушений. Речь идет о таких препаратах, как семаглутид или тирзепатид. Однако и в других направлениях, например в регенеративной медицине и дерматологии, постепенно накапливаются исследования, посвященные самым различным пептидным соединениям.

Пептиды можно разделить на натуральные и синтетические. Натуральные уже более полувека используются, например, в косметологии. Чаще всего это гидролизаты животных и растительных белков — коллагена, эластина, протеинов шелка, сои, риса, устриц или даже черной икры. Но бум последних лет связан именно с синтетическими пептидами, которые воспроизводят структуру хорошо изученных природных молекул и лучше решают узкие, специфические задачи, например стимулируют выработку коллагена или регулируют пигментацию. Индустрия научилась синтезировать пептиды дешевле, стабильнее и в гораздо больших объемах. Это и позволило им стать массовым продуктом.

Понятно, почему косметологи хотят взять эту естественную для организма систему под свое управление. С возрастом синтез ключевых компонентов кожи — коллагена, эластина и гиалуроновой кислоты — постепенно снижается. А пептиды подстегивают, стимулируют клетки кожи активнее вырабатывать эти вещества, которые поддерживают плотность и качество дермы.

То, как именно будет работать пептид, определяется последовательностью аминокислот в его молекуле. Есть стимулирующие и барьерные пептиды — они в целом поддерживают восстановление кожи и укрепляют ее защитные функции. Ремоделирующие пептиды регулируют процессы синтеза и распада компонентов дермального матрикса и таким путем улучшают качество кожи. Среди самых известных — матриксил, трипептид GHK и различные пентапептиды. Пептиды — стабилизаторы гомеостаза укрепляют собственные защитные механизмы кожи. Так, медный пептид GHK-Cu часто используют в anti-age- и anti-pollution-средствах, особенно для кожи, поврежденной ультрафиолетом. Антибактериальные пептиды стимулируют выработку собственных защитных белков кожи и помогают бороться с микроорганизмами. Один из самых известных — бодифенсин (acetyl dipeptide-3), который используют в средствах для кожи с акне. Пептиды для микроциркуляции улучшают лимфодренаж. Acetyl tetrapeptide-5 часто добавляют в средства для области вокруг глаз, чтобы уменьшить отечность.

Отдельная категория — миорелаксанты, которые воздействуют на передачу нервного сигнала к мышцам. Ботокс к ним не относится, но они действуют похожим образом. Самый известный пептид такого рода — аргирелин. Сегодня существуют и более современные версии этой молекулы: SNAP-7, SNAP-8, виалокс, INYLINE peptide. Они частично блокируют передачу сигнала сокращения мышцы и тем самым дают ботулиноподобный эффект. Но, в отличие от инъекций ботулотоксина, косметические средства воздействуют только на мелкие мимические морщины и работают гораздо мягче.

Проникают ли пептиды из крема и сыворотки в кожу — этот вопрос на волне осознанности совсем недавно пришел в голову потребителям всего, что продается в баночках. Специалисты до сих пор старались отвечать на него очень уклончиво, чтобы не портить себе и коллегам бизнес. Барьерная функция кожи все-таки сильна, поэтому косметика лучше всего работает с наружным слоем. Но, как объясняет врач Марк Газиянц, за последние годы технологии продвинулись: «Многие современные формулы создаются с учетом барь­ерной функции кожи. Используются короткие пептиды и системы доставки, которые повышают вероятность проникновения в нужные слои». Часто для этого к молекуле пептида добавляют липидный «хвост», который облегчает прохождение через роговой слой.

Самый популярный пептид в косметике прямо сейчас — Matrixyl 3000, так нам сказала Кристина Фарберова, создатель канала «Крис печатает…» и основатель сервиса анализа кожи Openface. Согласно in-vivo-тесту производителя (то есть исследованию на реальных людях), применение средства с трехпроцентным пептидным комплексом Matrixyl 3000 два раза в день в течение двух месяцев показало следующие результаты: средняя глубина морщин снизилась на 19,9%; площадь, занимаемая глубокими морщинами, уменьшилась на 39,4%; эластичность кожи увеличилась на 5,5%; тон улучшился на 15,5%. Кислоты или ретиноиды способны на большее, но они действуют агрессивно, а новые принципы заботы о себе дали дорогу медленным технологиям. Красота больше не требует жертв.

Другой способ получить пептиды — ­БАДы. В продаже есть десятки капсул, порошков и концентратов с обещаниями ускоренного восстановления, улучшения сна, поддержки иммунитета и даже замедления старения. Однако картина здесь куда сложнее. При попадании в ­желудочно-кишечный тракт короткие цепочки аминокислот ведут себя так же, как обычный белок: под действием ферментов большинство из них расщепляется на отдельные аминокислоты еще до того, как успевает попасть в кровь. То есть организм воспринимает их не как сложную сигнальную молекулу, а просто как источник строительного материала. И сам собирает из аминокислот то, что считает нужным. Именно поэтому многие специалисты скептически относятся к обещаниям производителей ­БАДов: если пептид разрушился в процессе пищеварения, его специфический эффект просто не успел проявиться.

Безопасность большей части пептидов изучена не до конца, еще меньше разрешенных к применению. Да, самый эффективный способ ввести в организм пептиды — это инъекции. И многие покупают биологические вещества на сером рынке, чтобы вводить их себе самостоятельно. Врачи предупреждают, что средства не прошли полноценного медицинского регулирования и могут представлять серьезную опасность. Но инфлюенсеры лонгживити-культуры кричат громче — про то, что пептиды способны ускорять рост мышц, сжигать жир, улучшать состояние кожи, усиливать иммунитет и даже продлевать жизнь. Для тех, кто так разогнался в собственном биохакинге, что уже не довольствуется витаминами, адаптогенами и модными IV-капельницами, эти медиаистории о волшебном исцелении — большой соблазн.

Да, если постараться, то пептиды можно заказать напрямую у зарубежных производителей — в лабораториях Китая, например. При этом на упаковке часто написано «только для научных исследований». Это может означать, что препарат вообще не предназначен для применения, его еще изучают в лабораторных условиях или на животных. И, как правило, совершенно точно означает, что неизвестно, какие дозировки безопасны, какие возможны побочные эффекты, какие последствия могут проявиться через годы.

Дополнительный риск — качество таких препаратов. То, что отдавали на проверку в российские лаборатории, нередко — в 30% случаев — оказывалось неправильно маркированными пептидами, загрязненным материалом или не соответствовало указанным дозировкам. В некоторых ампулах вообще не находили заявленного вещества — там был какой-то иной порошок. Иногда концентрация оказывалась слишком высокой. У врачей уже есть список жалоб пациентов, которые приходят после самостоятельного применения инъекционных пептидов: воспаление и боль в месте укола, головные боли, усталость, проблемы с пищеварением. Кроме того, практически не изучено, как такие вещества взаимодействуют с другими лекарствами.

Если называть вещи своими именами, то мы ставим эксперимент на себе. Да, в доказательной медицине в последние десятилетия пептидные препараты превратились в полноценный класс лекарств: в клинической практике уже используется более сорока протоколов пептидных терапий при самых разных состояниях — от метаболических заболеваний до генетических и инфекционных патологий. И это активно развивающаяся тема — многие препараты находятся на разных стадиях испытаний. Наука вообще только начинает понимать язык, на котором клетки общаются друг с другом. И если этот язык удастся расшиф­ровать, пептиды могут стать не просто трендом биохакинга. Однако очень важно понимать, что у пептидов существуют противопоказания. Современная индустрия вообще уходит от универсальных обещаний «подходит всем». В таких случаях требуется индивидуальный подход и наблюдение специалиста.

Пептиды — это короткие цепочки аминокислот. Чем короче цепочка, тем чаще она ведет себя как сигнальная молекула: передает клетке определенную команду через рецептор или влияет на ферментные каскады. В естественных условиях организм постоянно использует пептиды как регуляторы. Они участвуют в формировании гормонального фона, иммунных реакциях, регенерации тканей и работе нервной системы.

 

За последние годы пептиды стали одним из самых обсуждаемых ингредиентов в сегменте велнес и БАД. Их позиционируют как сигнальные молекулы молодости, регуляторы обмена веществ и даже гормонального баланса. Они могут выполнять эти функции, синтезируясь в организме или попадая в него инъекционно при использовании лекарственных препаратов. Но научный статус пероральных пептидов существенно отличается, прежде всего в связи с их биодоступностью.

Большая часть пептидов разрушается в желудочно-кишечном тракте и используется организмом в качестве строительного материала. И только те пептиды, которые усваиваются через специальный транспортер — PEPT 1 слизистой кишечника, могут работать как функциональные сигнальные молекулы. Наиболее изучены и имеют качественную научную базу пептиды коллагена. Доказано, что они улучшают эластичность кожи и суставную функцию. Чуть менее проработаны, но перспективны иммунопептиды (лактоферрин). Активно изучается карнозин — антиоксидант, влияющий на процессы гликации.

Позиционирование пероральных пептидов в качестве активаторов гормона молодости, активных жиросжигателей, гормональных регуляторов относится к маркетингу и на сегодняшний день не имеет под собой доказательной базы. Отделяйте фармакологию от маркетинга и делайте выбор на основании качественных научных данных.

На меня, наверное, обидится огромное количество клиник, которые продают пептиды и рассказывают о том, что это чудодейственное средство для возвращения молодости, регенерации тканей, похудения и вообще главный инструмент биохакинга, но у меня очень много вопросов. Весь рынок, в том числе врачи, прямо сейчас обучается и только пытается понять, какие у этого всего через десять-пятнадцать-двадцать лет будут побочные эффекты. А еще интересно узнать, где производятся эти пептиды — большинство их них выходят из ­каких-то независимых лабораторий. Да, нам кажется, что пептидами уже пользуются все, но это иллюзия. Нужно понимать, как распространяется шумиха — блогеры получают проценты с продаж.