Большой «Щелкунчик»: от волшебства до скандала и обратно

Каждую зиму москвичи и гости столицы испытывают смутное томление. Чего-то хочется, но чего? Мандарины, конечно, неплохо, но вдруг аллергия… Елка? Да кто ж не видел ту елку… Гирлянды? Опостылели гирлянды… Чуда. Хочется чуда. И вот, однажды вечером, уставший и приунывший, человек открывает браузер и вбивает три заветных слова «Щелкунчик. Большой. Билеты». А дальше… О том, что и почему происходит дальше, «Москвичке» рассказала Анастасия Семенова — консультант в сфере креативных коммуникаций, медиаменеджер и автор телеграм-канала о пиаре, брендинге и маркетинге «Надо было вчера».

Почему «настоящий» «Щелкунчик» — только в Большом?

Балет «Щелкунчик» в Большом театре уже давно вышел за рамки обычной постановки, став культурным феноменом и объектом желания не столько для искушенных театралов, сколько для тех, кто хочет приобщиться к прекрасному. Хотя «Щелкунчик» начинался не с Большого, его ставят не только в Большом, но именно в Большой приезжают из Красноярска постоять 59 часов в очереди.

Надо сказать, что путь «Щелкунчика» к славе не был гладким. Первую постановку — не в Большом, нет, а в Мариинке — в 1892 году, еще при жизни Петра Чайковского, критики приняли холодно. Затем — череда постановок в Москве, и только в 1966 году рукою Юрия Григоровича из «Щелкунчика» была сделана визитная карточка русского балета. Поскольку Григорович работал в Большом, его детище в массовом сознании навсегда соединилось именно с этим театром — живой легендой и воплощением русской культуры.