Продолжаем цикл статей, посвященных главным архитектурным стилям России. И сегодня речь пойдет о конструктивизме. Русский авангард в искусстве и конструктивизм в архитектуре, увы, получал больше признания за границей, чем на родине. К счастью, последние годы в России наблюдается улучшение в этой сфере: всё больше памятников конструктивизма тщательно реконструируют и реставрируют, а искусство раннего СССР – переосмысливают.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0000311639_bigwww_da5ebb6da4.jpg)
Шуховская башня, 1922 год, инженер В. Г. Шухов. Фото: Дмитрий Яковлев / Фотобанк Лори
Советский конструктивизм господствовал в 1920–1930-х годах. Заложив в основу мировой архитектуры принцип «Ничего лишнего», радикальное течение навсегда изменило облик городов не только в России, но в других странах. Узнать на наших улицах дома того периода можно по нескольким признакам:
· составная композиция из простых форм;
· основной материал – бетон;
· обильное остекление (например, так называемые ленточные окна);
· отсутствие декора (голые гладкие стены);
· Крупные объемы, соединенные переходами.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0029145738_bigwww_fd08255e1a.jpg)
Дом культуры им. И. В. Русакова, 1928 год, архитектор К. С. Мельников. Фото: E. O. / Фотобанк Лори
Главные характеристики конструктивизма полностью совпадают со свойствами современных домов. Разница лишь в том, что конструктивизм зародился 100 лет назад, на век опередив свое время. Революционный по духу стиль подвел черту под научно-технической революцией XIX столетия и довел завоевания в области инженерии до абсолюта. Функция встала во главу угла, избавившись «за ненадобностью» от каких-либо следов традиционного зодчества. Отказ от культуры прошлого сделал новую архитектуру универсальной и международной, так как она не имела национальных признаков. Здание, прежде всего, рассматривалось как воплощение практических нужд и не более. Какое-либо «художественное» вмешательство конструктивистами порицалось.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0040532734_bigwww_3abd72987a.jpg)
Дом культуры им. Зуева, 1929 год, архитектор И. А. Голосов. Фото: Вероника Зайцева / Фотобанк Лори
Почти все дома XX и XXI века, от хрущевок до офисных «стекляшек», во многом обязаны своим обликом раннесоветскому наследию. Заложенные им принципы и ценности к середине 1950-х годов воплотились в глобальный архитектурный модернизм, в русле которого человечество строит по сей день – от Индии и Бразилии до Москвы и Берлина.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0016407220_a7_ab98e12d7b.jpg)
Здание Наркомзема, 1933 год, архитектор А. В. Щусев. Фото: lana1501 / Фотобанк Лори
Европа и советский путь
Советские художники и архитекторы авангарда выросли в предреволюционной Российской империи, охваченной имущественным расслоением и накопившимися общественными проблемами. Первая мировая война стала катализатором изменений, приведя сначала к Октябрьской революции, а позже – к разрушительной Гражданской войне. Как свидетели длительной несправедливости и кровопролитий, конструктивисты нередко мечтали о новом мире, где истлевшие традиции прошлого уйдут в небытие, а мир и прогресс наконец восторжествуют.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0033888222_a7_c672b6b7ec.jpg)
Здание издательства газеты “Известия”, 1927 год, архитектор Г. Б. Бархин. Фото: lana1501 / Фотобанк Лори
Становление советской власти породило своеобразный союз большевиков с архитекторами-конструктивистами, продолжавшийся около 15 лет. Правительство раннего СССР активно поддерживало молодое архитектурное течение, ведь новые строительные методы были дешевым и практичным способом восстановления страны после революций и войн.
Немалая доля построек в новом стиле приходится на новую столицу – Москву. Конструктивисты не были едины в своих убеждениях: между ними происходили активные споры, особенно в журнале «Современная архитектура» (главным редактором был архитектор Моисей Яковлевич Гинзбурга). Издание стало настоящей площадкой для обмена мнениями между советскими и зарубежными архитекторами, включая великую немецкую школу «Баухаус», советским аналогом которой была экспериментальная московская школа ВХУТЕМАС. К слову, многие будущие конструктивисты в молодости обучались в европейских университетах и привезли на родину ценные знания, а швейцарец Ле Корбюзье, один из основоположников современной архитектуры, черпал опыт у советских коллег и активно строил в Москве.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0032216793_a7_56011a0199.jpg)
Здание Центрсоюза, 1928 год, архитектор Ле Корбюзье. Фото: Илюхина Наталья / Фотобанк Лори
Люди будущего и социальное жилье
Большевики стремились создать совершенно нового человека, избавленного от традиционных предрассудков и поглощенного коллективной жизнью, что находило поддержку среди конструктивистов. Ярким примером симбиоза архитекторов-радикалов и фанатичных политиков-коммунистов стали дома-коммуны, такие как дом Наркомфин, сочетавшие утопические идеи с тоталитарным мышлением.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0011287246_a7_8db3869b7b.jpg)
Дом-коммуна на ул. Орджоникидзе, 1930 год, архитектор И. С. Николаев. Фото: © Алёшина Оксана / Фотобанк Лори
Проект дома Наркомфина с двухуровневыми квартирами был революционным и нацеленным на ликвидацию семьи как института. Постройка известна тем, что существенно повлияла на взгляды самого Ле Корбюзье, а через него – на всю архитектуру современной Европы. А строительство дома-коммуны на ул. Орджоникидзе в Москве имело целью создать «дом — машину для жилья». В здании почти не оставалось места для частного пространства: комнаты были крошечными, а большую часть площади занимали общественные зоны. Планировка дома была рассчитана на жесткий распорядок дня, заставляющий жильцов следовать установленному расписанию и посвящать себя коллективу.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0043424258_bigwww_8434ad0d80.jpg)
Дом общества “Динамо”, 1930 год, архитекторы И. А. Фомин, А. Я. Лангман. Фото: © Константин Григорьев / Фотобанк Лори
Дома-коммуны оставались скорее радикальным исключением, в то время как большинство конструктивистских зданий проектировалось как удобное и прагматичное жилье для партийной элиты и рабочего класса. До начала XX века потребности обычного человека в жилье практически игнорировались. Условия жизни большинства горожан были ужасными.
Но колоссальная миграция из сел в города заставила руководство СССР задуматься о создании дешевого и комфортного жилья для сотен тысяч новых горожан. Эта задача полностью соответствовала принципам конструктивистов и легла в основу современного социального жилья.
Временное поражение
В своих статьях и манифестах конструктивисты активно критиковали «буржуазных» архитекторов-консерваторов с их любовью к классике. В горячей полемике оппоненты объявлялись «не соответствующими прогрессивному советскому строю», а это было нешуточное обвинение в то время. Но к середине 1930-х годов соотношение сил между конструктивистами и их противниками-«классиками» изменилось в пользу вторых. Сталинская реставрация Российской империи де-факто требовала перехода к монументальному стилю, в результате чего неоклассика восторжествовала на ближайшие 25 лет, а конструктивизм оказался под идеологическим запретом. Бывшие гонители теперь сами оказались гонимыми своими оппонентами.
:quality(85)/https://mkmag.fsn1.your-objectstorage.com/lori_0044985945_bigwww_0f8c01675b.jpg)
Дом на набережной, 1931 год, архитектор Б. М. Иофан. Фото: stargal / Фотобанк Лори
Гегемония авангарда завершилась поражением, и недавние новаторы были вынуждены адаптироваться или исчезнуть. Некоторые, такие как братья Веснины и Моисей Яковлевич Гинзбург, пошли на компромисс и сохранили профессиональное признание. Другие выдающиеся мастера, такие как Константин Степанович Мельников и Иван Ильич Леонидов, временно канули в безвестность, им было крайне сложно найти заказы.
И все-таки в более широком, историческом смысле конструктивисты вышли безусловными победителями. С хрущевской оттепелью их идеалы возродились в форме советского модернизма. Идеи авангардистов продолжают формировать архитектурный ландшафт XXI века, оставляя неизгладимый след в жизни будущих поколений.
