Курортный роман: что смотреть в Крыму в сентябре

Богатейший набор культурных аллюзий — редкость для нестоличной территории. Но Крым можно исследовать бесконечно, идя по маршруту цитат из учебника истории, Чехова, Аксенова и личных воспоминаний в окружении завезенной со всего мира флоры. Даже открыточные пальмы тут не эндемик, их только в XIX веке подселили в Никитский ботанический сад. А в последние годы появились еще и гастрономические точки притяжения, галереи современного искусства, дизайнерские бренды.

Тут не покидает ощущение, что где-то рядом военные тайны. Некоторые за давностью лет, впрочем, открываются. Музей «Подземный Севастополь» находится в бывшем противоатомном бункере. Если взять аудиогид, узнаете, как выживать в экстремальных ситуациях. Вечером на базе музея открывается арт-пространство «Глубина», где проходят спектакли и концерты. Малахов курган, Памятник затопленным кораблям, комплекс «Михайловская батарея» тут сильнее курортного флера, чего не скажешь о других эпицентрах крымской жизни: Ялте, Симеизе, Гурзуфе.

Можно погрузиться и в более глубокие слои памяти. Вот просто обязателен к посещению заповедник «Херсонес Таврический». Древнегреческий город существовал на Гераклейском полуострове с IV века до н. э., он был в составе и Боспорского царства, и Римской империи, и Византии. От него осталось больше, чем руины, — стены, башня Зенона, портик и колонны базилики, амфитеатр, основания домов.

Колонны на фоне моря в реальности производят впечатление более сильное, чем на фотографии. Но вы все равно забьете ими всю память телефона — в Крыму особенный свет, благодаря которому золотой кажется не только архитектура, но и лица, даже тех, кто только приехал и еще не загорел. Колокол между двух каменных пилонов отлили в 1778 году в Таганроге. Во время Крымской войны французы вывезли его в качестве трофея и повесили на собор Парижской Богоматери. Перед Первой мировой войной Франция вернула колокол в Россию.

Тем, кто разбирается в совриске, будет интересно в культурном центре «Квадрат.Культ.Мир» — следите за расписанием. Через дом находится галерея «Полотно» — из Крыма принято везти живопись: благодаря свету (а также климату и наличию арт-тусовки) сюда переселяются художники со всей страны. Вот, например, на спуске Шестакова на балюстраде идут, сидят и лежат коты — их выложил из мозаики пермский художник Игорь Гладких.

В городе свой шопинг, и он неплох. На Большой Морской, 15, в магазине Sailor Paul, кроме импортных вещей продается одежда одноименного с магазином бренда. Sailor Paul — местный, его офис и производство находятся в Севастополе. Вместо сувениров с дурацкими надписями купите у них худи с вышивкой в виде бумажного кораблика.

В сети баров Craft Factor наливают пятнадцать сортов пива собственного производства — не пропустите заведение, куда ходят местные. Лаундж-кафе «Место» более туристическое, но там бескомпромиссно хороша международная и паназиатская кухня.

А самый красивый пляж — в Голубой бухте. Там скалы, прозрачная вода, рыбки и крабы.

Но сначала по дороге из Севастополя — мыс Фиолент, где фотографируют панораму с Царской смотровой, быстро осматривают грот Дианы и до заката сидят на Пиритовом пляже, глядя, как солнце опускается в воду. Балаклава с 1950-х по конец 1980-х была базой подлодок. Подземный музейный комплекс — это когда-то секретный военный объект, выдолбленный в горе Таврос канал с доками.

Когда будете гулять по марине, удивитесь узости Балаклавской бухты и полным штилем в ней. Старинные здания на ее берегу не все в хорошем состоянии, но от этого лишь атмосфернее. У выхода к морю есть смотровая площадка, откуда видны все корабли. Не менее прекрасный вид будет с развалин генуэзской крепости, сюда ведет лестница от набережной Назукина.

О поселке городского типа Форосе весь мир узнал в 1991 году — здесь на правительственной даче ГКЧП удерживал Михаила Горбачева. Туда не попасть, это закрытая территория. Впрочем, в Форос стоит ехать совсем не за этим. Главное — подняться по серпантину Красной скалы на высоту чуть более 400 метров. Церковь Воскресения Христова была построена здесь в 1892 году. В ней целы великолепные интерьеры с мозаикой работы итальянских мастеров. С площадки возле храма можно бесконечно смотреть на море и небо.

Если Форос будет вашей отпускной базой, образ жизни устроится так: сначала прогулка по парку с каскадом прудов, секвойей, ливанским кедром, пальмами и магнолиями, потом выход на пляж «Деревяшка» — дикий, но симпатичный. А вот если оторваться от парка в районе Южного сквера, попадете в ресторан Beach Club. И не верьте тем, кто говорит, что в Крыму нигде не подают местную рыбу. Просто надо знать места. Здесь, например, прекрасен пеленгас с соусом путанеска, которого необходимо заполировать греческим апельсиновым пирогом с пломбиром.

Воронцовский дворец, аутентичный внутри так же, как и снаружи, действительно поражает воображение. Граф Михаил Воронцов, англофил и эстет, заказал проект английскому архитектору Эдварду Блору. И тот вроде бы строил в неоготическом стиле. Но воздух Крыма, видимо, повлиял, и дворец начал обретать восточные черты. Что неплохо — ледяное Средневековье грозило плохо вписаться в ландшафт земли совсем иной. Во время Ялтинской конференции сюда тем не менее поселили Черчилля, решив, что место будет близко ему по духу. При дворце есть парк с ландшафтным дизайном, сохранившимся со времен придумавшего его немецкого садовника Карла Кебаха. В целости и сохранности вас встретят фонтан Трильби и фонтан Слез, терраса с шестью львами в разных позах.

Природа тут украсила пейзаж на свой дикий вкус — Большой и Малый Хаосы представляют собой нагромождение валунов и камней, образовавшееся в результате древней сейсмической активности. Если вас это наведет на вопросы о том, кто кого поборет — человек хаос или наоборот, то учтите, что это очень англофильский способ осматривать парки.

Из всех крымских курортов она всегда была главным, так что смотреть есть на что. Из Судака можно доплыть на теплоходе, из Севастополя два раза в день за пару часов доставляет ракета. Чехов писал здесь «Трех сестер» и «Вишневый сад» — при своей «Белой даче» он лично спланировал сад, и около трети деревьев в нем помнят, как Антон Павлович их сажал. 

В географии Крыма есть понятие Большая Ялта — там сохранилось немало других дач начала XX века, которые интересно искать на узких дорогах к морю. Совместите маршрут с катанием на фуникулерах, как в фильме «Асса»: Ялта — Горка, Мисхор — гора Ай-­Петри, Ялта — «Интурист».

И пусть вас не смущает тот факт, что Ялта — город слишком большой, чтобы быть курортом. У Массандровского пляжа был «голубой флаг» за чистоту воды и песка, и они с тех пор не испачкались.

В центре крымской цивилизации сувениры лучше, особенно если идти за ними в магазин «Люди моря» (ул. Дражинского, 31г). И еда тоже на уровне — в ресторане «Чайка» с видовой террасой хорош теплый салат с осьминогом, но для аутентичности вы все равно закажете тарелку «Улов дня», куда входят черноморские камбала, барабуля, луфарь и сарган.

Поселок входит в Большую Ялту. Совсем рядом с ним — Аю-Даг, гора, напоминающая лежащего мордой в воде медведя. Это заказник, и там есть маршруты для хайкинга разной сложности, который осенью совершать гораздо приятнее, чем в летнюю жару.

Когда к Чехову в его ялтинскую дачу стали слишком часто приходить почитатели, он купил в Гурзуфе уединенный домик (ул. Чехова, 22), к которому прилагался кусок бухты. 

От Чехова можно зайти к Пушкину (ул. Пушкина, 3), тем более что усадьбу Ришелье, где на три недели останавливались Раевские и путешествовавший с ними по Крыму поэт, недавно отреставрировали. В экспозиции есть личные вещи, во дворе — кипарис, к которому Александр Сергеевич каждый день подходил здороваться.

Недалеко от пушкинского дома есть «Трактиръ на воде», он стоит на пирсе. Тарелка барабули или ставридки создаст представление о том, что такое стародачная крымская кухня. Другая сторона местной гастрономии — это татарская еда, которая почти во всех заведениях представлена лагманом и пловом. Есть и современная тема, в кофейне-гастро- лавке «Вкус Мус» хороши десерты, авторские сыры, соусы и варенье.

А несъедобные сувениры лучше покупать в Музее магнитиков и исторического крымоведения «Форт Уна» (там целых 60 тысяч экземпляров).

Пример современной архитектуры Южного берега Крыма —­ город-курорт «Мрия», который находится между Алупкой и Форосом. Его спроектировал легендарный архитектор Норман Фостер. Масштабный комплекс объединяет отель на триста девяносто девять номеров, роскошные виллы, тематические парки, рестораны и бары с разными гастроконцепциями, яхтенную марину и даже маяк.

Отдых в Крыму сам по себе целебен, а возможности «Мрии» позволяют усилить эффект, благодаря фокусу на активное долголетие гостей. Однако «Мрия» — не только здравница. Сохранение культурного кода Крыма — глобальная миссия курорта. И развитие местной гастрономии стало одним из шагов. Именно в «Мрии» зарождаются творческие и амбициозные проекты ресторанного бизнеса, чтобы сделать полуостров гастрономическим центром России, куда будут ехать за вкусовым опытом.

Вино — тоже часть крымского кода. Центр винного туризма WINEPARK, по сути, стал культурным кластером с собственным виноградником и гравитационной винодельней. Здесь энологам помогают современные технологии: робот объезжает виноградную лозу, чтобы узнать, не заболела ли она и созрели ли ягоды. В винотеке гостей обслуживает робот-сомелье: узнает предпочтения, предлагает подходящийнапиток и организует подачу. На территории WINEPARK производят сыры, оливковое масло и мясные деликатесы. В сердце парка — локаворский ресторан WineKitchen, где блюда готовят исключительно из местных продуктов.

Еще одной самостоятельной туристической локацией стал Японский сад курорта — благодаря решениям архитектора, хранителя императорских садов в Киото Широ Накане и цветению сотни сакур весной. Круглый год здесь можно греться в открытых горячих онсэнах и посещать традиционные чайные церемонии.