Я так считаю: Катя Мухина — о тратах и финансовой грамотности

Времена бывали разные. Двадцать три года назад, когда я родила Машу, моя зарплата младшего редактора в Vogue составляла 1000 долларов. Я вышла на работу через месяц после родов. Днем сцеживала молоко, замораживала, вечером везла домой. Бюджет вела жесточайший: няня, рынок «Совенок», памперсы — я умела экономить. Потом доходы росли. Но четыре года назад я купила квартиру, сделала ремонт — и снова пришлось считать. Импульсивность, правда, никуда не делась.

Сегодня утром, например, провела сорок минут на рынке, собирая букет из фиолетовых полевых цветов. Есть ли в этом необходимость? Нет. Но такие радости я себе позволяю. И мне нравится, что даже эти спонтанные удовольствия, как и все мои ключевые траты, возвращаются рублем — например, в T‑Private кэшбэк на категорию «Дом» идет без ограничений.

У меня ни первый, ни второй ребенок не содержатся отцами. Когда мне начинают рассказывать, как надо, я вспоминаю фразу мамы: «Не учите жить, помогите материально». Когда я работала fashion-директором журнала Marie Claire, брала много дополнительных проектов: съемки лукбуков, разборы гардероба. Неважно, на выходных или ночью. И до сих пор считаю, что лучше я возьму больше проектов, чем буду ужиматься.

Масштабно мыслить — вот моя стратегия. Я никогда не копила деньги ради денег. Поэтому когда есть шанс — лечу в Зальцбург, Базель, Париж. Это не расходы, это наработка, без нее я не смогу выдавать классный продукт.

В нашей семье любят и ценят искусство. Старшая дочь Маша всегда проявляла интерес и ходила со мной на выставки. Наверное, поэтому она выбрала Сент-Эндрюсский университет. Сейчас окончила его и стала специалистом по африканскому искусству и Middle East, живет в Лондоне. Я долго считала искусство непозволительной роскошью. Но потом поняла, что можно обратить внимание на более бюджетные, но не менее ценные работы — современные художники порой стоят дешевле платья Chanel. Первой арт-работой, которую я приобрела, стали «плачущие кубики» Ольги Кройтор (она сотрудничает с галереей Наташи Грабарь Grabar Gallery). Эти кубики путешествуют со мной по всем домам, младшая дочь Матильда их разрисовала, а часть оторвала. Сейчас очень нравятся огромные полотна-ковры Ольги де Амараль в Cartier Foundation. Но деньги все еще считаю. И меня греет, что для клиентов T‑Private на ярмарках действует повышенный кэшбэк — на «Контуре» он был 20%. То есть ты покупаешь работу, а часть суммы возвращается — и главное, никаких потолков. Это реально помогает решаться на то, что по-настоящему нравится. 

Матильда ходит к Екатерине Шипулиной в Центральную балетную школу, занимается джиу-джитсу в Gymnasium. Важно дать попробовать все, чтобы дочь поняла, к чему душа лежит. Кроме профессионального спорта — я мастер спорта по художественной гимнастике и знаю, что эта среда дает и выносливость, и комплексы, ты всегда «not good enough». Для меня всегда было важно развитие и образование, и я готова в это вкладывать. Но путешествия подорожали больше всего. Раньше за 130 тысяч рублей можно было купить бизнес-класс «Аэрофлота» в Нью-Йорк, сейчас эконом в один конец
стоит 150 тысяч. А мы летим втроем. Единственное, что смягчает удар, — кэшбэк на категорию «Путешествия» тоже безлимитный. 

Я не помешана на бьюти, но свой велнес-минимум соблюдаю. Раз в год езжу на чекап в «Истокъ». В Москве же я консерватор: все медицинские чекапы прохожу в КИЭМ на Арбате, косметология и волшебный остеопат Марина Дриневская — неизменно в «Белом саду». Меня зовут в новые клиники делать процедуры бесплатно, но я доверяю тем, кого знаю.

Когда-то я была шопоголиком, покупала невероятное количество всего — от McQueen до Celine. Но носила буквально десять вещей — белые джинсы, рубашку, кожаные штаны, белую майку — и в итоге продала почти весь свой архив. Обожаю русских дизайнеров: Артемов, Калманович, Atelier Biser, Belik Couture. Иногда балую себя Chanel эпохи Лагерфельда — это абсолютно моя эстетика. Но по сравнению с тем потреблением, что было раньше, — небо и земля. Даже у Матильды сумок больше. А я — за кулисами, мне интереснее делать красивыми других.

Однако цифры отрезвляют. Когда обучение ребенка в год стоит как хороший автомобиль, кэшбек — значительная сумма. Мой план на 2026-й — как следует погрузиться в возможности T‑Private. Помимо безлимитного кэшбэка, сервис предоставляет услуги в разных сферах жизни – от страхования дома и заботы о здоровье до VIP-терминалов в аэропортах, закрытых мероприятий, инвестиционного эксперта, консьерж-сервиса и личного банкира, который с тобой на связи 24/7. Так часть дел получится закрыть руками суперпрофессионалов.