Три батыра: что нужно знать о группе Ay Yola

Клип на песню Homay с Адель Шайхитдиновой, которая в меховой шапке бурек поет посреди снежной степи про волшебную героиню из эпоса, покорил сначала тюркские народы — они понимают слова. Но за считаные часы комменты «Какая красивая девушка!» появились почти на всех языках. Трудно не согласиться. Жалко, что Адель оказалась немногословной, хоть и училась в РАНХиГС на журналиста. Зато ее отец Руслан Шайхитдинов (он же DJ Sever) объяснил все профессионально — он опытный электронщик со связями, вел передачу Electroshock на радио Maximum, был резидентом культового в его юности журнала «Птюч», на «ты» с Томасом Мразом. Все это к вопросу о том, что люди из девяностых — соль земли в плане креатива и работы с аудиторией. Третий богатырь в команде — музыкант Ринат Рамазанов, мастер горлового пения. Чем дальше заходил наш разговор, тем больше мы понимали, что вирусный успех зумеров сделан руками опытных миллениалов. Случайность? Нет, в пятерку самых популярных треков на Shazam в марте они попали не вдруг.  

Ну а прямо сейчас Ay Yola обсуждают свои выступления на «МТС Live Лето» в Москве, Odyssey Festival в Петербурге, «Пари Фест» в Нижнем Новгороде, Ural Music Night в Екатеринбурге, Festiwow в Минске, фестивале Sunset в Красноярске, Международном форуме креативных индустрий «Создано на Дальнем Востоке» в Якутии, фестивале «Эктоника и Бабушкина дача» под Ижевском. «Москвичка» уверена: на концерт этих ребят стоит попасть.

 

Адель: Ой! Я, если честно, пока не понимаю, все настолько резко произошло. Как будто по щелчку пальцев. И поэтому я пока что не могу осознать масштаб.

Руслан Север: Утром просыпаешься, и такое ощущение, что это был сон. Дело в том, что каждый час ситуация меняется. Постоянно. 

А.: 14 марта. Мы выложили рилс* с русскими субтитрами и через три-четыре часа начали понимать, что он постепенно обгоняет все остальные, предыдущие наши видео, и это не останавливается. Растет количество подписчиков, случился бум.

Ринат Рамазанов: Да, буквально пять минут — и плюс несколько тысяч просмотров. Это продолжается по сей день. Сейчас, в середине апреля, — уже пятнадцать миллионов просмотров, то есть цифры просто астрономические. География — весь мир. 

 

Р. С.: У меня есть вчерашние данные. Первое место — Казахстан, потом Узбекистан, затем Азербайджан. Ну а дальше уже Турция, Киргизия, страны Азии и так далее. Европа, США, Латинская Америка… 

 

Р. С.: У нас сходство по эпосу, укладу, мотивам. Я скажу с точки зрения музыканта. Для восточных людей главное — мелодия. В нашей песне присутствует пентатоника, национальные инструменты и некий колорит. Языки разные, конечно, но я не раз наблюдал, как башкиры, говоря, например, с турками, друг друга через слово, но все же понимают, у нас близкие языковые группы. Ну и да, мы реально уверены, что нам удалось донести то, что у башкирского народа является сокровенным. Это ведь не просто поп-музыка. Внутри нашего альбома заложен эпос «Урал-батыр». И каждая песня — глава из него.

Р. Р.: По смыслу он подходит для всего человечества. Поэтому и название у нас Ay Yola, то есть «законы мироздания», «вселенские законы». Их и хранит эпос «Урал-батыр». 

 

Р. Р.: Песня «Хумай» — про персонажа из эпоса, она дочь небесного царя птиц Самрау, может обращаться в лебедя. Она отвечает за самый, наверное, важный в эпосе смысл. Это… родник с живой водой. Это бессмертие. Это вечность, бесконечность, ни начала, ни конца. Бессмертие хранится у Хумай, на пути к роднику с живой водой. Она образ чего-то очень мощного. Хумай — хранительница.

А.: Вообще сначала меня пригласили просто спеть вокализы. Папа сказал, что он с Ринатом делает один башкирский проект и им нужен красивый женский вокал. Я пришла на студию, и коллективно они решили, что забирают меня! Когда мы только начали, я не понимала, как это будет во мне отзываться. А теперь я надеваю костюм, пою песню и честно проживаю ее. Я полностью прочувствовала, кто моя героиня. И для меня уже важно нести женственность, культуру, красоту, изящество. Я очень стараюсь.

 

А.: Было очевидно, что акцент будет — в семье у нас никто не говорил на башкирском. Мама у меня русская.

Р. Р.: Перебью — Адель действительно пропустила все через себя, через душу и сердце. И в результате это заставляет биться другие сердца. Часто те, кто прекрасно говорят на родном языке, не могут сделать такой резонанс. Я говорю как человек, который владеет языком.

 

Р. С.: Да. Я родился в семье людей с консерваторским образованием. Мама, папа, брат, сестра — все имели какое-то отношение к музыке. В 1979-м мне попалась пластинка группы «Зодиак». Я ее заслушал до дыр, я электронщик до мозга костей. 

Потом я попал на радио, сначала у меня была программа в Уфе, а потом в Москве — шоу Electroshoсk на радио Maximum. В нулевые в нем участвовали чуть ли не все мировые звезды электронной танцевальной музыки, начиная от Avicii, Deadmaus, Fedde Le Grand, Eric Prydz. Почти каждую неделю я интервьюировал мировых звезд. И это продолжалось десять лет, до тех пор пока 

я не понял, что надо самому писать музыку. Примерно в это время запела Адель, и мы стали делать первую песню. Тогда ей было девять.

А.: Мне очень хотелось в музыкальную школу. И я училась по классу классической испанской гитары.

 

А.: Мой, конечно. 

Р. С.: Они с мамой меня просто перед фактом поставили.

А.: Да, мама считала, что, если мы ему скажем, он ответит: no way! И посоветует писать вместо этого олимпиаду по химии. В музыкальной школе, кстати, преподавательница просила меня молчать, когда пел хор: «Адель, давай ты будешь просто рот открывать?»

 

А.: Я звонкая, и все пели так, как научили, а я — так, как хочу. 

 

А.: С четырнадцати лет ездила с папой на фестивали. Мы тогда делали проект Musume.

Р. С.: Сначала это была электронная хаус-музыка. С ней мы попали на «Песни» ТНТ, где Баста сказал: «Ребята, напишите альбом на русском». И мы написали. Он для того момента хорошо пошел, но, как видите, с выбором языка случилось то, что случилось.

 

Р. С.: Да, конечно, у нас была стратегия раскрутки. Когда я интервьюировал звезд, то спрашивал: «Когда ты почувствовал рост? Когда начал сниматься? Какие синтезаторы использовал? На какой музыке воспитывался?» У всех было по пять проектов до большого успеха.

Результат приходит не просто так, люди оттачивают мастерство, понимают свои слабые и сильные стороны. Вот, например, Deadmaus. Парень не просто писал музыку — он взял лучшее у разных исполнителей и интерпретировал в свое звучание. И сейчас входит в пятерку лучших музыкантов планеты на электронной сцене.

 

Р. С.: Кто это?

А.: Из «Слова пацана»!

Р. С.: Понял. Мне кажется, они круто сделали. У них минималистичный саунд, отрешенный голос. Классно звучит на татарском языке. Поэтому респект. 

А.: Сравнивают постоянно: мы срезали у них, мы на них похожи. А мне кажется, это совсем другая музыка.

 

Р. С.: Режиссеры из разных стран — хотят использовать нашу музыку в фильмах. Мы стараемся не упустить момент и познакомиться с как можно большим количеством интересных людей.

 

Р. С.: Трудно сказать! Сегодня они одни, а завтра могут быть совершенно другие. У нас точно будет мировое турне, потому что есть уже предложения. С нами связались крупнейшие концертные агентства, которые занимаются большими звездами. Сегодня у нас план — показать всему миру наше народное достояние. Одна знакомая девочка очень хорошо сказала: «Руслан, вы не представляете, что сделали. Не было за последнее время для меня лично музыки со смыслами, на которые я могла бы опереться в духовном плане». 

 

Р. Р.: Распорядиться самым правильным образом — это передать смыслы, которые заложены в «Урал-батыр». Чтобы все живое на Земле, каждая клеточка на планете пропиталась родником живой воды.