Сидя на красивом холме: колонка Юнии Пугачевой о жизни в Лос-Анджелесе

Жизнь в Лос-Анджелесе для тех, кто привык не выходить за пределы Садового кольца, — тяжелый челлендж. Пять лет назад по большой любви я сменила Большую Никитскую на киношный Беверли-Хиллз. Несмотря на гламурный индекс 90210, я переехала в деревню, любовь к которой пришла ко мне не так давно. Поначалу пришлось страдать. Моя кожа, привыкшая к идеальному московскому сервису, попала в руки бьюти-специалистов Лос-Анджелеса вроде доктора Обаджи. После визита к нему мне хотелось вызывать 911: американские протоколы лечения агрессивные и отсутствует индивидуальный поход. Уколы красоты здесь делают по принципу — чем больше гиалуронки, тем лучше. Естественность не в моде, а вот торчащие губы или скулы — верный признак состоятельности: инъекции стоят по 10 тысяч долларов. 

Спустя годы я нашла своего косметолога Инару (L’Inara Skin Care Studios), у которой лежу на кушетке до или после Дженнифер Лопес, Шарлиз Терон, Дженнифер Энистон и Джеральда Батлера. Всегда прошу мне делать все то же самое. Трудно было привыкнуть и к расценкам. За полуторачасовую процедуру у хорошего специалиста в среднем придется выложить 500 долларов и добавить 20 процентов чаевых — иначе есть риск пополнить черные списки салона. Ногти можно сделать и за 200, и за 500, и за 1000 долларов, как у прославленной семейством Кардашьян русской маникюрщицы Лизы Кон. При этом результат будет максимально приближен к тому, что даст вип-мастер Express Nails на Никитской. 

Гастрономические ожидания тоже лучше снизить: чревоугодничать так, как в Москве, не получится. Зато здесь есть возможность попробовать то, что никогда бы не пришло в голову, например нигерийскую высокую кухню, где подают антималярийный суп с цепкохвостым дикобразом. В Лос-Анджелесе тысячи ресторанов. За годы жизни там мы, не щадя живота, искали лучшие и нашли. В Capo на винтажных тарелках Dior подают пасту с белым трюфелем, как в Пьемонте, официанты — итальянцы, и появляется приятное ощущение, что ты не в Америке. В E. Baldi на пиццу и артишоки слетаются селебрити — у Аль Пачино и Марка Уолберга там всегда забронированы столы, и даже Анджелина Джоли ходит сюда на читмилы. За лучшие суши-рестораны Лос-Анджелесу можно простить все остальные. Им проигрывает даже Япония, и сами японцы с этим согласны. Мои любимые — Sushi Gen и Sushi Tama.

Лос-Анджелес учит свыкаться с несовершенствами, что для вышколенного Москвой перфекциониста поначалу кажется невыполнимой миссией. Весь день не вылезать из штанов для йоги, ходить без укладки и идеального макияжа по Родео-драйв — здесь норма жизни. Иногда невозможно отличить состоятельного человека от бомжа. В бутики Chanel, Dior, Gucci и далее по списку стоят очереди туристов. Настоящие анджелиносы пред- почитают покупать вещи one of a kind неизвестных широкому кругу дизайнеров, что порой выходит гораздо дороже. Есть даже магазины, в которые невозможно попасть, если ты не в списке клиентов или тебя не порекомендовал маститый стилист. Я быстренько сориентировалась на местности и отправила на антресоль залежи брендовой одежды. Я открыла для себя новый вид шопинга — охота за шмотками в компании друзей-дизайне- ров, которые шьют вещи для Леди Гаги. Теперь в моих запасниках есть наряды с Марса и других планет, которые я все ищу повод и смелость надеть.

Снимать стресс классно не только в магазинах одежды, но и в отделе здоровья модного супермаркета Erewhon, ради похода в который многие даже меняют легинсы для йоги на шифоновые платья. Там за изучением очередного суперфуда для вечной молодости можно столкнуться лбами с Лео Ди Каприо, Оуэном Уилсоном или просто миллионером на пенсии. Этих же персонажей легко встретить и на хайкингах. Топ- тать тропы в Лос-Анджелесе — офлайн-вариант Tinder. У меня такая мотивация отсутствует, поэтому на хайкинг меня не затащить — есть риск наступить на гремучую змею или встретить стаю койотов.

С последними мы ведем непрекращающуюся войну — они приходят к нам домой, лежат у бассейна и караулят котов. Приходится заказывать галлоны волчьей мочи и обрызгивать территорию — впрочем, это не всегда помогает. Несмотря на то что мы живем в горной части Беверли-Хиллз в заповеднике и приходится мириться с близким соседством дикой природы, я все еще ору от ужаса при виде пробравшихся в дом скорпионов, прогуливающихся по двору пум и горных львов. 

Однако именно природа и климат — то, ради чего все выбирают Лос-Анджелес. Сначала я, привыкшая плестись по два часа от Никитской до Новой Риги в пятницу вечером, никак не могла поверить в эти цифры: час на машине — и ты на горно- лыжном курорте, час в другую сторону — и ты в пустыне, полчаса — и ты на океане. Иногда мне кажется, что я переехала не на другой континент, а на другую планету. Неудивительно, что от всего этого можно сойти с ума — вот почему у каждого уважающего себя анджелиноса есть свой шаман и энерготерапевт. Я нырнула в эту спиритическую бездну с удовольствием. Мой дзен был пойман: в Лос-Анджелесе тот, кто ищет себя, обязательно найдет.