Шорена Джинали: «Понять тайную сущность петербуржца может только петербуржец»

Я хорошо помню переезд из Москвы в Петербург — мне было восемнадцать лет. Я окончила школу, поступила в университет, обрела круг общения, наблюдала расцвет московской клубной жизни. И вдруг меня вырывают из привычной жизни — бизнес папы переместился — и забрасывают в «бандитский Петербург». Небо серое, настроение упадническое. И папа решил отвести меня в модное место, куда ходила вся молодежь. Им оказалось бистро «Лайма» на канале Грибоедова, в вестибюле метро. Нужно было брать поднос и ходить с ним, искать место и есть, стоя за высоким столом. Вокруг действительно была модная публика Петербурга разлива 1997 года — мажоры на машинах, длинноногие девушки, все вперемешку. Мне ужасно не понравилось.

А теперь Питер стал гастрономической столицей. Есть места, в которых владельцы — друзья, где почти не меняется публика и где чувствуешь себя как дома. Например, VOX рядом с Фонтанкой, где сидят все, включая приехавших на гастроли актеров.

Не будем забывать и о петербургской традиции встречаться по работе или со знакомыми в лобби пятизвездочных отелей. В «Астории» это бар «Ротонда» с видом на Исаакиевский собор, совершенно магическое место. И нельзя не упомянуть бар Xander отеля Four Seasons, роскошное место в духе английской аристократической гостиной для бесед у камина.

Место, в котором я не была, но куда очень хочу сходить, — тайный мексиканский El Copitas Bar на Колокольной улице, это самое первое заведение ребят из барной группы #Следуйзакроликами Игоря Зернова, Артема Перука и Николая Киселева. Не так давно он входил в десятку лучших баров мира! Туда непросто попасть: сначала нужно позвонить по телефону, потом пройти несколько дворов и подождать у ворот провожающего, но это совершенно культовое место.

А летом в Питере все самые крутые вечеринки проходят на воде. В это время активность строится вокруг навигации по рекам и каналам. Так что белые ночи в городе лучше всего проводить, арендовав лодку. Город становится абсолютно прекрасным.

Но можно и без лодки. Отличный способ понять Петербург — просто гулять. Начать можно с Петропавловской крепости — это сердце. Дальше — Дворцовый мост, Эрмитаж, стрелка Васильевского острова. Расстояния большие, но именно в этих прогулках город перед вами раскроется. 

Только учтите, что всего себя он вам не покажет. Так же, как и петербуржец. В крупных компаниях модного бизнеса, головные офисы которых находятся в Москве, топ-менеджмент всегда пытается понять, кто такие питерцы — как клиенты и как сотрудники. Но сколько я им ни объясняла, они не чувствовали, что здесь во всем другой масштаб. В чем-то меньший, в чем-то больший. Петербуржцы не любят броскость, для них скромность во всем — в порядке вещей. При этом здесь другой ритм жизни, другая скорость принятия решений — от покупки новой сумки до делового соглашения. Понять тайную сущность петербуржца может только петербуржец.

 

Музей-квартира Иосифа Бродского на улице Короленко, 14. В этой коммуналке семья Бродских жила с 1955 года, а сам поэт — до отъезда в эмиграцию в 1972 году. Обязательно берите экскурсовода.
 

Мне все говорят об этом кабаре, я очень хочу туда сходить. Это бар в доме № 52 на улице Маяковского, где с 1915 по 1918 год жил поэт. Веселое живое место с андеграундной (в петербургском понимании слова) атмосферой. Там в основном собирается богемная публика.
 

В этом здании до середины XIX века была гостиница Кулона, в лобби сидели Белинский, Герцен, Панаев. Потом она превратилась в гостиницу Клее. Французского писателя Теофиля Готье заворожила буфетная стойка с закусками (сейчас тоже можно заказать сельдь домашнего маринада и черную икру с блинчиками). Тогда появился знаменитый интерьер в стиле модерн и приходили те, кто создавал российскую «Прекрасную эпоху»: Тургенев, Петипа, Третьяков, Достоевский.