Я хорошо помню переезд из Москвы в Петербург — мне было восемнадцать лет. Я окончила школу, поступила в университет, обрела круг общения, наблюдала расцвет московской клубной жизни. И вдруг меня вырывают из привычной жизни — бизнес папы переместился — и забрасывают в «бандитский Петербург». Небо серое, настроение упадническое. И папа решил отвести меня в модное место, куда ходила вся молодежь. Им оказалось бистро «Лайма» на канале Грибоедова, в вестибюле метро. Нужно было брать поднос и ходить с ним, искать место и есть, стоя за высоким столом. Вокруг действительно была модная публика Петербурга разлива 1997 года — мажоры на машинах, длинноногие девушки, все вперемешку. Мне ужасно не понравилось.