Леон Кемстач: «Круто, когда в конце каждого дня ты можешь сказать себе спасибо»

После главной роли в нашумевшем сериале «Слово пацана» 17-летний Леон Кемстач по-взрослому красиво продолжил актерский путь в театре. 22 января состоялась премьера спектакля по психологической драме Флориана Зеллера «Сын» в театре Ермоловой, где он сыграл Николя. «Москвичка» поговорила с Леоном об этой непростой роли, тонкостях актерской профессии, неожиданной для юного человека мудрости и планах на будущее.

Леон, поделитесь, пожалуйста, впечатлениями о прошедшей премьере спектакля «Сын». Как все прошло? Вы уже получили первые отзывы?

Честно говоря, я считаю, что все было отлично. Я дико волновался, особенно в первый премьерный день. Но, мне кажется, все прошло на ура. Во второй премьерный день я играл с меньшими нервами, с большей уверенностью и в итоге очень-очень доволен. Пока что «глобальных» отзывов не получал, но близким людям, тем, кто смотрел, моя работа понравилась, чему я тоже очень рад.

Как вы попали в это спектакль?

Все сложилось случайно. Предложение поступило спонтанно в тот период, когда я вообще не думал об актерской работе, был сфокусирован на учебе и личностном развитии.

Я четко помню этот момент — выхожу из душа, а мама мне говорит: «Слушай, Леон, тебя позвали играть в театр». Я сначала даже не расслышал. А потом, когда понял, что мне предлагают роль в театре, что я буду играть на сцене, сразу сказал: «Да, мам, я готов вообще все дела отбросить». Я правда был готов все свои каникулы репетировать и играть. Скажу честно, это действительно была моя цель — сыграть в театре. Я чувствовал, что это нужно для развития моей актерской карьеры, и шел к этому маленькими шагами.

Насколько сложно вам было влиться в работу над спектаклем? Как долго вы репетировали?

Репетировали мы практически два месяца. Врать не буду, было трудно, особенно вначале. Потому что театральная работа сильно отличается от кино, здесь совсем другой подход.

Сцена из спектакля «Сын» в театре Ермоловой

«Сын» — драматически сложная пьеса, рассказывающая о том, какими хрупкими могут оказаться отношения в семье и внутренний мир человека. Вы сыграли юного Николя, это глубоко психологическая роль. Как вы готовились к ней?

Я очень старался, скажу честно. Мы всем актерским составом долго обсуждали роли с режиссером, нашим прекрасным Георгием Сурковым. Мы тщательно разбирали, почему Николя так поступает, какие у него на то основания, что им движет и так далее.

Я не стал смотреть уже поставленный спектакль и фильм. Мне хотелось сделать этого персонажа, отталкиваясь исключительно от текста и от своих к нему чувств. Вот так он и получился — наш великий и ужасный Николя.

Насколько ваш Николя вам близок и понятен? Вам удалось внести в эту роль что-то свое?

Думаю, нет. Это первый мой герой, в которого я ничего своего не вкладывал. Я просто взял себя, так скажем, пустого, чистого Леона и сделал из него Николя.

Таких моментов, как у него, у меня в жизни не было. Разве что, где-нибудь лет в тринадцать, когда начался переходный возраст и были разные ссоры с родителями, — может, какую-то борзость я взял оттуда. А в остальном это исключительно собирательный образ.

Тогда, может быть, Николя чему-то научил вас?

Нет, не могу так сказать. Потому что я давным-давно понимал, что те вещи, что делает Николя, недопустимы. Но здесь речь идет, скорее, о большой ответственности родителей, потому что от их отношения к детям, от воспитания в первую очередь зависит дальнейшее развитие событий в семье.

Николя не научил меня ничему новому, он, скорее, еще раз позволил мне убедиться в том, что я как сын все делаю правильно.

Теперь у вас есть большие роли и в кино, и в театре, вы можете сравнивать. Где вам сложнее или, наоборот, комфортнее работать?

Определенно в театре сложнее по многим причинам. Здесь нет дублей. Здесь живой зритель. Нельзя облажаться, ты всегда должен быть собранным, погруженным в персонажа, в историю, а зал может как-то на тебя реагировать, давать отдачу. Тебе нужно быть готовым ко всему.

В кино многое зависит от того, насколько добросовестно артист подходит к роли, но я, честно, всегда стараюсь вкладывать свой максимум в персонажа, всегда «держу» его на площадке. Но все равно в кино есть дубль, и если ты ошибешься, ничего страшного не произойдет, сделаешь еще раз. А театр — это канат, по которому ты идешь. И оступиться нет никакой возможности.

Вам комфортнее в кино именно психологически?

Да-да, потому что там нет постоянного напряжения. Ты отработал съемочный день и поехал домой, лег спать, перед сном почитал текст, выучил его — и все. Я не переживаю перед съемками, наоборот, всегда рад, очень люблю это дело.

Театр я тоже очень люблю, но там весь процесс — и подготовка, и репетиции, и сам спектакль — держат тебя в напряжении. Ты не можешь отключиться, есть внутренний стержень, который ты постоянно держишь очень крепко.

Как к вам отнеслись партнеры по площадке? Насколько вам комфортно работать вместе?

У нас прекрасный коллектив, всех очень ценю. И Полина, и Ваня, и Сергей, и Костя — все очень помогали и были ко мне добры, я им очень признателен. Мы и смеялись вместе, и проживали какие-то напряженные моменты. Делали дыхательные практики вместе, держась за руки. Это очень помогало.

Леон, есть ли у вас дальнейшие планы на театр? Вы хотите развиваться как театральный актер?

С уверенностью могу сказать, что я к этому открыт, с удовольствием бы играл еще. Но не буду сейчас за этим гнаться, потому что очень много нужно сделать — очень большие планы на этот год, а театр отнимает очень много времени и сил.

Пока в планах отыграть «Сына» хотя бы до конца этого года. Но ничего не буду загадывать — кто знает, вдруг мне позвонят, предложат какую-то классную роль. Тогда я с 90%-ной уверенностью пойду играть дальше.

Вы планируете получить актерское образование?

Конечно, планирую, но после того, как закончу университет в Дубае — я учусь на факультете бизнес-менеджмента и маркетинга. Не знаю пока, где буду учиться актерской профессии, — посмотрим, как сложится судьба.

А есть ли у вас сейчас какие-то проекты в кино?

Из того, что скоро выйдет, — сказка «Лукоморье». Очень классный семейный проект, над которым я тоже довольно долго работал. Я играю смешного, постоянно веселого парня, который при этом очень чувствителен.

Еще будет много съемок, разных интересных, многогранных ролей, которые я очень жду. Но пока не могу раскрыть подробности.

С кем из режиссеров вы мечтаете поработать? И какие роли сыграть?

Пожалуй, со Скорсезе. Мне очень нравится его подход к фильмам, очень нравится сама картинка. Я хотел бы сыграть какого-то брутального героя, допустим, мафиози. Может быть, чуть позже, но обязательно хочу. Надеюсь, это придет. Еще, наверное, хотел бы сыграть кого-то вроде Джокера.

Расскажите о вашем увлечении музыкой. У вас уже вышел альбом. Планируете еще выпускать песни?

Я очень люблю музыку. Но в последнее время не могу этому уделять достаточно времени, чтобы получить что-то суперклассное. У меня есть несколько почти готовых песен, но я пока обдумываю, в каком направлении дальше двигаться.

О чем эти песни?

Они все о любви. Я считаю, что нужно и петь, и говорить, и снимать о любви. Потому что любовь — это самое-самое прекрасное, что может быть в жизни.

Не могу в таком случае не спросить — у вас есть девушка?

К сожалению, пока нет. Но в будущем я очень хотел бы ее встретить. Сейчас я много работаю, большую часть времени и эмоций я вкладываю в дело. Думаю, если судьба так распоряжается, значит, так и должно быть, и пока надо подумать о себе и о своих целях.

Вы дружите с кем-нибудь из коллег по цеху? Кто ваш самый близкий друг?

Самый близкий, наверное, Рузиль Минекаев. Мы дружим еще со «Слова пацана». Мы не общаемся каждый день, но мы очень близки. Если он мне скажет, что ему нужна помощь, я обязательно помогу.

А как вы любите проводить свободное время?

В свободное от работы время я всегда учусь. А в промежутках стараюсь посвящать время себе — хожу в спортзал, играю в падел, провожу время с друзьями и близкими.

Какой из городов вам больше по душе — Москва или Дубай? Где ваше место силы?

О, это Петербург, мой родной город. Там живет большая часть моих самых близких людей. Когда я туда приезжаю, меня посещает ни с чем не сравнимое чувство. Хочется бывать там чаще, но пока, к сожалению, не получается. Но Новый год и все большие праздники мы с семьей проводим там.

Вам всего лишь 17 лет, популярность пришла к вам очень рано. У вас нет страха перед будущим? Не боитесь, что все вокруг и вы сами можете кардинально измениться?

Нет, я никогда не боялся будущего. Наоборот, я открыт ко всему и понимаю, что надо жить сегодняшним днем. Всегда жить настоящим и думать, как каждый день сделать таким, чтобы, во-первых, он запомнился, а во-вторых, был действительно полезным для будущего. Это круто, когда вечером ты садишься и говоришь себе: «Вот сегодня я сделал это, это и это, я молодец». Нужно всегда себя подбадривать и говорить себе спасибо — это важно для внутренней мотивации.

У меня очень большие планы. Хочется просто потихоньку идти. Когда говорят: «Я еще успею», — это полная ерунда, потому что если делаешь что-то, надо делать это сегодня, прямо сейчас. Иначе время уйдет, и так пройдут годы. А потом человек будет сожалеть: «Ну вот, не успел».

Откуда в вас, совсем юном человеке, такая житейская мудрость?

Во-первых, я человек с работой, это большая ответственность. Еще у меня есть учеба, параллельно — личная жизнь. И в то же время я еще подросток — я расту, и нужно уделять время себе. Все это заставляет быть осознанным и каждый свой шаг взвешивать, подумав больше двух раз. Я не знаю, просто так выходит — что в меня заложили в детстве, то и осталось, я теперь это только развиваю.

Фото: Анна Жегалкина, пресс-служба театра Ермоловой