Дарья Кузнецова и Владислав Духанин — о галерее Shift и современном искусстве

Основатели галереи Shift Дарья Кузнецова и Владислав Духанин знают, как найти баланс между коммерческим и концептуальным искусством. Они рассказали «Москвичке», как понять современный арт и в чем особенности галерейного бизнеса в России.

Как вы познакомились с Владиславом и когда появилась идея создать собственную галерею?

Дарья: На самом деле история проще, чем кажется. Мы вместе работали над кампусной галереей в Школе дизайна НИУ ВШЭ. Год выстраивали новый образ этого пространства и приложили немало усилий, чтобы популяризировать его среди коллекционеров и профессионального сообщества. И в какой-то момент задались вопросом: зачем делать это для кого-то, если можно делать то же самое для себя? Мы решили сделать проект на собственных условиях, исходя из своего понимания современного искусства. Так в 2023 году появилась галерея Shift. Сначала это было онлайн-пространство, устраивающее поп-ап показы на партнерских площадках. Спустя год мы открыли галерею на Тверской, а несколько месяцев назад, 9 июня, переехали на Петровский бульвар.

Насколько при выборе работ для Shift важна коммерческая составляющая?

Владислав: В России, в отличие от Европы, не выстроена система государственных и музейных грантов. Коммерческая составляющая для нас в буквальном смысле условие существования, учитывая нашу стратегию активного расширения.

За последний год в наш круг художников вошли авторы, пик популярности которых пришелся на 90-е или нулевые, например, Сергей Мироненко и группа «Синие носы». Наш вкус тяготеет к концептуальному искусству. Но такие вещи редко становятся первой покупкой начинающего коллекционера, однако, по мере того, как формируется его насмотренность, интерес к чему-то сложнее, чем пейзажная живопись, закономерно растет. Более того, это направление нам близко идеологически: мы намерены гнуть свою линию.

Дарья: Для нас идейное качество вещи и заложенный в нее смысл важнее ее красивой обложки.

«Cosmoscow 2025»

Почему вы решили остановиться на офлайн-формате галереи? Что сегодня нужно делать в арт-бизнесе, чтобы оставаться на плаву?

Владислав: В международных арт-рейтингах постоянно пишут о росте доли онлайн-продаж. На практике это, скорее, миф: перераспределяется выручка внутри уже существующей аудитории. Новых клиентов онлайн-формат приносит крайне мало. Галерее, работающей исключительно в цифровом формате, оставаться на плаву практически невозможно.

Мы с самого начала выбрали гибридную модель — выставки на разных площадках. Иначе заявить о себе и своих художниках просто не получится: их работы нужно увидеть вживую. Только когда зритель уже знаком и с автором, и с галереей, он готов покупать онлайн. Поэтому вопрос окупаемости офлайн-пространства — это, по сути, вопрос самого существования галереи. Искусство по-прежнему покупают глазами.

Существуют люди, которые скептически относятся к современному искусству. Что бы вы им сказали?

Дарья: На вкус и цвет товарищей нет, и никого не нужно убеждать полюбить современное искусство. Но, мы ведь больше не носим корсеты и не ездим в упряжках: мир меняется, а искусство отражает эту технологическую и эстетическую эволюцию. Современное искусство бывает очень разным: встречаются вещи, непонятные даже нам, тем, кто занимается этим каждый день. Есть профанация, есть псевдоинтеллектуальные высказывания. А есть вещи вневременные — те, что находят отклик в тебе из-за бэкграунда, пережитых событий, увлечений, травм или наоборот счастливых моментов взросления. Любить современное искусство совершенно необязательно, но жить с узким кругозором и твердолобостью по меньшей мере скучно.

«Growing from decay»

С чего начать знакомство с современным искусством человеку, который никогда им не интересовался?

Владислав: Проще всего понять современное искусство, если рассматривать его как результат эволюции идей и культуры. Тому, кто прежде не соприкасался с историей искусства вообще, стоит начать с глубокой древности. Тем, кто уже немного знаком с этой темой, советую почитать о том, как после Второй мировой войны возник сам феномен современного искусства: об арте-повера, поп-арте, лондонской школе, абстрактном экспрессионизме. Через эту эволюцию идей все встает на свои места. К сожалению, в России нет музея современного искусства с постоянной экспозицией в хронологическом порядке. Конкретное место посоветовать, увы, нельзя. Его просто не существует.

Дарья: В маленьком французском городке с населением в несколько тысяч человек есть музей современного искусства. А в Москве, где, кажется, есть все, отдельного музея до сих пор нет. Это поразительный и очень грустный факт. При этом есть по-настоящему интересные вещи и в Пушкинском музее, и в Третьяковской галерее, в МАММ, конечно же. Но даже там до сих пор нет постоянной экспозиции.

«Эффект обратной связи», персональная выставка художницы Кути

Расскажите, пожалуйста, о ближайших планах галереи.

Владислав: Программа Shift строится на принципе нарративности. И выставки, и стенды на ярмарках мы стараемся выстраивать не просто как репрезентацию практики художника, а как самостоятельное высказывание. Классическая модель галереи отталкивается от того, что делает автор в своей практике. Мы же в большинстве групповых проектов добавляем собственный сюжет. Так, первая выставка в нашем новом пространстве, открывшаяся в начале лета, была посвящена теме взгляда и наблюдения. Часто мы обращаемся к кинематографу — это, пожалуй, узнаваемая черта нашей программы, и в этом направлении мы намерены двигаться и дальше.

В сентябре мы представим персональный проект Тимы Парщикова — продолжение его серии «Мертвое время». Первая часть была снята в Израиле, а новая — на территории Иордании. Это проект о границах, о застывшем времени на земле, которую бесконечно делили.

Отдельно мы готовим стенд для ярмарки Cosmoscow на тему абсурда с тремя художниками — Сергеем Мироненко, Дианой Мачулиной и нашей восходящей звездой Кутей. Все трое работают в концептуальном ключе.

Вы часто делаете проекты совместно с другими галереями. В чем заключается преимущество выставок-коллабораций?

Дарья: Художников у нас довольно много, и уместить все проекты в одном пространстве попросту невозможно. Для художников это шанс увидеть собственную практику через новую призму, через диалог с работами другого. А еще это способ поддержать партнеров: например, выставка Comfortably Numb с галереей Seréne — это неожиданная, но удачная комбинация работ двух художников и обмен аудиторией. По сути, все эти проекты — win-win. Кстати, WIN-WIN — это еще и ярмарка новых имен на «Винзаводе», которую тоже курирует наша галерея. В октябре открывается ее второй выпуск.

Все это часть стратегии активного роста. Сейчас у нас идет последняя неделя совместной выставки с нижегородской галереей FUTURO: мы показываем нашу художницу Кристину Пашкову вместе с Павлом Гришиным. Получился любопытный дуэт: концептуальные текстильные практики Кристины и загадочная, почти алхимическая живопись Гришина.

А 27 августа откроется проект на площадке Blar в Хамовниках с нашей фронтвумен Ариной Франк и скульптором Алексеем Панькиным, которого представляет галерея Deep List.

Выставка «Прелестные эти песни» Пашкова Х Гришин

Что еще, помимо коллабораций, нужно, чтобы стать устойчивым арт-бизнесом в России?

Дарья: Трудолюбие и отвага.

Владислав: Универсальной формулы, мне кажется, не существует. Стратегии у всех разные, даже у галерей, которые на рынке уже четверть века. Галерея Попова, например, по словам самого Сергея Попова, работает с признанными архивами советской и российской модернистской живописи. Это заложено в ее ДНК. Есть галереи с противоположным подходом, с очень активным продвижением своих художников. Ближе всего нам, наверное, галерея XL: она давно на рынке и в свое время собрала почти всех ключевых художников поколения восьмидесятых. Фокус там тоже на концептуальных проектах, а не на форме. Все эти примеры устойчивы именно потому, что закрывают разные сегменты рынка, работают с разной аудиторией, и у каждого — свой узнаваемый голос. Поэтому важнее всего, пожалуй, определить собственное позиционирование — сегмент искусства, с которым ты хочешь ассоциироваться через несколько лет работы.

Планируете ли вы участие в международных ярмарках?

Дарья: Мы рассчитываем на приглашение на Art Rotterdam, возможно, попробуем, что-то в Мадриде. В целом смотрим скорее в сторону Европы: Азия показала, что мы не совсем в их вкусе. Там наше искусство не считывают. В этом году у нас пройдет выставка в Вене совместно с Vienna Collectors Club.

Выставка «Это будет навсегда?»

Сталкивались ли вы с предвзятым отношением из-за того, что представляете именно российскую галерею?

Дарья: Пока с этим не сталкивались, но бывают разные случаи. Одна галерея, которой полагалось указать Санкт-Петербург, например, в итоге осталась без географического маркера, вообще. Что-то вроде Neverland. Мы считаем, что скрывать что-либо о себе неправильно. У нас юридическая регистрация в Пензе — так и будем писать «Пенза». Никто и не поймет, что это российский город: кто-то, может, решит, что это маленькая итальянская деревушка. (Смеется.)

Каким вы видите будущее Shift — вы хотели бы сохранить камерность или готовитесь к масштабной экспансии?

Владислав: Планы у нас достаточно амбициозные, иначе мы бы не двигались так быстро, несмотря на все сложности, которые это создает. Мы стремимся к регулярной представленности не только в России, поэтому ездим на зарубежные ярмарки. Пока это часть стратегии. Обстоятельства в мире меняются слишком быстро, чтобы что-то гарантировать, но в идеальном сценарии мы хотели бы выйти за пределы Москвы и России и открыть филиал где-то еще.

Фото: архив пресс-службы, личный архив